В ту ночь я проснулась в три утра и спустилась в лобби, взяв с собой ноутбук. Сидя в тишине отеля рядом с великолепно украшенной елкой, я испытала один из удивительных моментов озарения: а на что была бы похожа «Анна Каренина» в жанре янг эдалт? Взволнованная этой идеей, я отправила письмо Салли, своему книжному агенту, а затем вернулась наверх, в номер. Я уже решила, что в моей подростковой версии Анна будет наполовину кореянкой в честь моей матери и наполовину корейских детей моего брата. Я проснулась, когда пришел ответ от Салли, в котором говорилось: «Обожаю эту идею! Пиши сейчас же».
Я предприняла несколько попыток, но постоянно словно натыкалась на стену и в конце концов застряла в телешоу, погрузившись в рутинную работу. Пару лет спустя я повстречала своего будущего второго мужа Джона во время книжного тура в Нейпервилле в феврале две тысячи четырнадцатого. Наша чудесная встреча тоже произошла снежной зимой, как у Анны и Вронского. Когда мы познакомились, я жила в Лос-Анджелесе, а он – в Бруклине. Мне казалось, у нас будет короткая интрижка, но он утверждает, будто сразу понял, что мы обречены на нечто большее. Как это похоже на Вронского! Мы отправились в далекое и сложное путешествие по стране любви, и, хотя я говорила себе, что никогда больше не выйду замуж, – быть женой это не мое – на следующий год мы сбежали в Вегас и с тех пор очень счастливы. На Рождество, когда мы с мужем ехали из Лос-Анджелеса в Нэшвилл с нашим гигантским щенком ньюфаундленда весом в сто двадцать фунтов[104], то обсуждали идеи книг, которые надеялись написать в следующем году. Именно тогда я рассказала Джону о своей идее для Анны К.
Мой муж заявил:
– Ты должна написать ее сейчас. Ты готова.
Когда я спросила его, что он имеет в виду под словом «готова», он ответил:
– Лучшее время, чтоб написать великую любовную историю – писать ее, когда сама любишь.
Я рассмеялась, напомнив ему, что история Анны и Вронского закончилась не так уж хорошо, хотя, если честно, уже думала об иной судьбе для моей Анны К.
В тот вечер, в отеле Оклахома-Сити, я открыла ридер «Киндл» и начала перечитывать «Анну Каренину» в третий раз.
Оказалось, мой муж прав. Лучшее время для написания любовной истории – когда ты сам влюблен.
Есть столько людей, которые заслуживают благодарностей за их вклад в мой дебютный роман жанра янг эдалт – «Анна К.»! Список такой длинный, что я не стану перечислять их в порядке важности, лучше уж буду ориентироваться на рост… ШУЧУ. Я шучу, потому что очень боюсь случайно забыть кого-нибудь. Если это вдруг произойдет, прошу, позвоните мне, чтобы я чувствовала себя вечно виноватой и осыпала вас подарками и десертами. Я не шучу, когда речь идет о десертах.
Ладно, теперь вы понимаете, почему мой роман такой длинный, верно? Я болтушка и всегда была такой. Эта книга посвящена моему мужу Джону Г. Клепферу, и вполне заслуженно, поскольку я даже не в силах вам передать, какую благодарность и любовь он заслуживает за все, что он сделал для книги и для меня лично. Он действительно лучший муж и лучший первый читатель, которого я когда-либо встречала. Да, именно он был первым человеком, прочитавшим каждую страницу этой книги… а его правки и мудрые мысли существенно улучшили произведение. Моим вторым читателем стала удивительная Дженна Хенсел, чья безжалостная поддержка и всегда приподнятое настроение очень мне помогли: я бесконечно благодарна тебе за твою любовь и поддержку во всем, что я пишу. Единственное, что здесь, в Лос-Анджелесе, ярче солнца – это ты. Элеонора Брей, ты следующая… потому что – вау! – ты была потрясающей все это время. Спасибо за твои изыскания и готовность погрузиться в тему, которую я тебе предлагала, будь то «Коачелла» или ночной клуб на Манхэттене, в который герои отправляются тусоваться. Мы обменивались бесчисленными сообщениями, когда речь заходила о самом современном подростковом жаргоне, и на все мои невротические вопросы ты отвечала с изяществом и уверенностью.
Первые читатели – всегда необходимая часть процесса создания романа: исходя из такого количества страниц, я могу сказать, что мне сделали серьезное одолжение. Я ценю время и усилия каждого, кто работал со мной. Спасибо Ханне Клепфер, моей потрясающей золовке; спасибо моей лучшей подруге Стефани Стаал; спасибо Эрике Келли за то, что читала в самолете; спасибо Диане Снайдер за все, что было в Гринвиче; и спасибо Дастину Моррису – ты такой особенный, что в твою честь назван один из главных персонажей.
