Аннелиз полностью

Тебе стоит поступить так, как ты сама считаешь правильным.

— С каких это пор?

Так должно быть всегда.

— Ты считаешь, что я должна простить и попросить прощения?

Молчание. Анна поворачив. тся к сестре, но ее уже нет. Снизу доносится скрип половиц, Пим взбирается по лестнице на чердак. Анна смотрит на него, обнимая кота. Пим одет в плащ, шляпа сдвинута набок. Он окидывает взглядом обшарпанную комнату.

— Здесь такой сквозняк, дочка, — говорит он. — Тебе не холодно?

Вместо ответа Анна говорит:

— Ты куда-то уходил. Дасса не сказала куда.

— Я улаживал кое-какие дела. Могу сказать, что правительство отказалось от претензий к моим деловым операциям. Я получил по этому поводу официальное письмо.

Анна поднимает голову, но ничего не говорит. Пим удивлен.

— Ты ничего не хочешь сказать? Я ожидал от тебя более сильной реакции. Все ограничения с нашего бизнеса, с нас сняты. И можно не опасаться депортации. Я думал, что тебя это обрадует.

— Завтра Йом-Кипур, — говорит она.

— Да, это так.

— Ты пойдешь с Дассой в синагогу?

— Пойду.

— Ты будешь поститься?

— Да, я и она.

— И будешь просить прощения — и прощать? — спрашивает Анна отца.

— Как еврей я не могу поступить иначе. — Он вынимает продолговатый конверт из кармана плаща.

— Что это? — спрашивает она.

Он хмурится, глядя на конверт, перебирая его пальцами.

— Это результат напряженной работы многих людей за короткий промежуток времени.

Анна стискивает кота, так что тот жалобно мяукает.

— Это то, что называется аффидавит, документ, предъявляемый вместо паспорта, — объясняет Пим, указывая на конверт. — И он обеспечит въезд в Соединенные Штаты некоей Аннелиз Марии Франк.

Анна изумлена. Ее руки по-прежнему сжимают кота, по щекам струятся слезы.

— Я знаю, что такое мечты, Анна, — говорит ей отец. — Надежда дается не только молодым. — И продолжает глухим голосом: — Так ты сможешь простить старика?

— Пим! — восклицает она, но слезы не дают ей договорить, и, опустив кота на пол, она бежит к нему, точно так же, как до войны, когда была еще девочкой, обласканной Богом.

Пим шепчет:

— Ты храбрая молодая женщина, чью жизнь подло исковеркала неподвластная тебе сила. Я молю тебя об одном: прости меня, и тогда, может быть, ты сможешь простить и весь мир. И, что еще важнее, простить саму себя.

Еще не открыв глаза, Анна знает, что увидит Марго. Марго ждет. Ждет искупления и примирения.