— Конечно, — Цыпко радостно улыбнулся и, выскочив из-за стола, начал быстрыми шагами ходить по комнате, — надеюсь, вы хотите предложить мне не увольнение, а что-то более интересное?
— Да. Как вы смотрите на то, чтобы вступить в мой род и стать управляющим? Вы готовы к такому? Справитесь?
— Безусловно, — он улыбнулся ещё шире, хотя, казалось бы, уже некуда, — я с радостью приму ваше предложение! Это огромная честь, — Пантелей Семёнович выхватил из кармана платок и протёр вспотевший лоб, — у вас теперь свой род. Вы глава, — начал он рассуждать вслух, — к тому же, есть вассалы. Пока один, но семья Богдановых! Вы владеете ещё несколькими компаниями. Да, тут без управляющего не обойтись. Очень интересно. Я бы взялся, — он даже не смотрел на меня, быстро перемещаясь по кабинету и рассуждая, как будто уже принялся за решение всех моих проблем, — нужно помещение для администрации. Думаю, мне хватит команды из трёх человек. Для начала. Соберём весь бизнес воедино под один зонтик. Оздоровительный центр объединим с Богдановым. Так, а где мы расположимся? В Хадыженске? — Цыпко замер и уставился на меня в ожидании ответа.
— Пока здесь, — немного подумав, ответил я, — но, возможно, через пару лет переедем в Подмосковье. У меня там теперь родовые земли и свой особняк, которому требуется ремонт.
— Ладно, это пока неважно. Помещение я найду. У вас же ещё завод и фабрика. Они удобно расположены. Пара комнат там отыщется?
— Конечно, — согласился я. — Пантелей Семёнович, остановитесь! — У меня уже начала кружиться голова от его хаотичного перемещения.
— Да, что⁈ — Он замер рядом со мной. Его монолог произвёл на меня впечатление. Видно, что человек истосковался по настоящей работе. Мне даже стало слегка завидно: Цыпко за сорок, а энергии и энтузиазма больше, чем у меня!
Я поднялся со стула и сделал очень важное лицо. Ну, надеюсь, что получилось, и я смотрелся достаточно пафосно, а не смешно.
— Цыпко Пантелей Семёнович, готовы ли вы вступить в род Шуваловых, и верой и правдой служить на благо рода? — торжественным голосом провозгласил я. Цыпко опустился передо мной на одно колено и преклонил голову.
— Готов! — проговорил он охрипшим от волнения голосом.
— Я принимаю тебя в свой род, — положив руку ему на голову, я пустил импульс магии от браслета, таким образом засвидетельствовав принятие в род нового члена, — можешь подняться.
Цыпко продолжал стоять на одном колене. Его глаза округлились от удивления, после чего он резво вскочил на ноги:
— Как такое возможно? Мой магический уровень повысился, я теперь «учитель»! Вы приняли меня в свой род не на алтаре, но это сработало! Обалдеть!
— Не мельтеши. Сядь, — приказал ему я, тот послушно сел напротив, — у меня на руке браслет рода, он — как переносной алтарь. Так что могу принимать в род в любом месте и по всем правилам. Имей в виду, что член рода не может замышлять против своего главы, это строго карается. За этим следит магия алтаря, частица которой теперь всегда будет находиться с тобой! — Я произнёс это твёрдо и уверенно, чтобы Цыпко осознал, что обратной дороги нет, и теперь предстоит трудиться, не покладая рук и максимально честно. Правда, особых сомнений в честности Пантелея Семёновича у меня не было, но лучше перебдеть! Скорее всего, подобное моё отношение перешло со мной из прошлого мира. Всё-таки здесь Цыпко многие годы проработал мэром города, а моё сознание было деформировано. Словосочетание «крупный чиновник и честный человек» с трудом укладывалось в моей голове.
— Глава! — Мой новый управляющий сложил руки на своей груди. — И помыслить не мог вас обманывать. Тем более, после того как вы излечили мою дочь!
— Ладно, идём, познакомлю тебя с остальной командой. Они ждут нас в «берлоге».
Самохин и Павел, который тоже решил приехать ко мне в гости ради такого дела, тепло приняли нового члена моего рода. А дальше мы просто наслаждались жизнью и расслаблялись, забыв обо всех заботах.
Поздно вечером, слегка нетрезвый, я переступил порог своего дома в Екатеринодаре. Охранники аккуратно помогли мне зайти и налили антипохмельный напиток, который я залпом выпил. Поднявшись в спальню, я рухнул в кровать и сразу отрубился.
Понедельник прошёл спокойно. В колледже было тихо, разве что Татьяна на обеде решила сесть рядом со мной, что вызвало оживление в рядах учеников, которые с любопытством наблюдали за нами. Да и взгляд Алисии прижигал мой затылок.
После учёбы я связался с Самохиным, тот заявил, что работает, и по Москве пока новостей нет. Юристы решают вопросы, как что-то будет новое, он сообщит.
Пантелей принимал дела моего рода. Встречался с руководителями предприятий. Звучит, конечно, громко. На самом деле — пообщался с директорами арт-пространства и завода по производству крема, известив, что теперь именно он является их непосредственным начальником. Поставил Цыпко в известность, что у меня, вроде как, на балансе ещё числится собственный лейбл, и дал номер Арсена.
