— Ты не говорил, что вы с Грищенко знакомы, — с претензией в голосе произнёс я. Хотя он и не присутствовал при нашем разговоре с Павлом, но, уверен, знал, что на балу будут юнкера с сопровождением, и мог бы поделиться со мной информацией.
— Я преподавал пару лет в юнкерском училище, — пожал плечами Сан Саныч, — конечно, я с ним знаком. Друзьями мы не стали, но относимся друг к другу с уважением.
— И что ты можешь сказать насчёт его предложения? Я, конечно, его принял, но не уверен, что это правильное решение. Я о нём практически ничего не знаю, к тому же, Иван не оставил мне выбора, — произнёс я разводя руками, — одно могу сказать точно: то что я маг водной стихии, лучше держать в секрете как можно дольше. Тут я с вами согласен.
— Вопрос, сколько удастся держать эту информацию в тайне, — задумчиво проговорил Пётр, — об этом знает Демидова Екатерина, теперь ещё и Иван. В таком случае, я поддерживаю Грищенко — тебе надо становиться как можно сильнее. Сейчас мы примем в род новые семьи. Это позволит тебе укрепиться, у рода будет больше денег и людей, и мы сможем начать создавать нормальную гвардию, но личная сила решает!
— И это для меня странно, — признался я в ответ. Сразу вспомнился мой прошлый мир и богатые люди. Таких было немало, от олигархов до именитых спортсменов и актёров. — При чём тут личная сила, когда есть деньги и охрана?
— Гвардия защитит от нападений, юристы защитят от других напастей, но ты — аристократ, и никто не сможет прикрыть тебя от дуэли. Это самый простой способ устранить тебя.
— Выставить бретёра?
— Такое тоже возможно, но в высшей аристократии осуждаемо, — недовольно поморщился Пётр, — ты теперь князь и можешь не принимать вызов от разных нищих дворян, а бретёры обычно именно из этого слоя.
— Это ущерб репутации? — уточнил я. Вроде как, отказываться от дуэли не принято.
— Не совсем. Во-первых, на те приёмы, куда тебя будут приглашать, таких людей не зовут. Так что пересечься с ними ты не должен. Если же такое произошло, можешь с чистой совестью заявить, что являешься представителем высшей аристократии, при этом последним в своём роду, и выставить замену. Если угаснет княжеский род — это сильный удар по престижу Империи.
— Получается, я могу избегать дуэлей? Как-то это некрасиво. Трусливо. Сами же говорили, что главное — это достоинство!
— В чём достоинство сходиться в дуэли с обычным дворянином? — Пётр удивлённо посмотрел на меня. Для него все мои вопросы были непонятны. Он вырос в этом обществе, в этой среде, и не мог принять, что кто-то не знает элементарных вещей. — Вот если тебя вызовет на дуэль княжеский сын или князь, тут нельзя отказываться. Но если правила предусматривают дуэль до смерти, ты, как последний в своём роду, можешь выставить замену. Это, конечно, удар по репутации, но не такой уж и сильный. Род должен жить!
— Только что вы говорили, что я должен стать как можно сильнее. А теперь я слышу обратное: что лучше вообще найти бретёра и не лезть в дуэли! — Я помотал головой, пытаясь осмыслить всё услышанное. — Нет, я, конечно, сам желаю развиваться и поднимать свой уровень. Личная сила — это важно. Но вы меня запутали!
— Да всё же просто! — удивился Пётр моей непонятливости. — У тебя отличные данные и возможности, и ты должен становиться сильнее как можно скорей. Это нужно для твоей же безопасности. Кроме бретёров, есть высшая аристократия, от дуэлей с которой ты не застрахован. А там, уж поверь мне, слабых нет! Многовековой генетический отбор, собственная школа обучения магии, родовые секреты и всё такое прочее!
— Так что предложение Грищенко я поддерживаю обеими руками, — кивнул Сан Саныч, — Иван — хороший учитель, но предупреждаю: он очень строгий и требовательный, так что неделя обучения будет тяжёлой, но полезной!
Что ж, этот разговор укрепил меня во мнении, что я сделал правильный выбор. Мне действительно пора становиться сильнее. Пусть надо мной пока не сгущаются тучи, но, если начнут накатывать проблемы, надо быть к ним готовым.
На часах было четыре часа ночи, и мы решили уже не ложиться спать, а ехать в Екатеринодар. Собрав вещи, загрузились в две машины и отправились домой.
Когда мы уже подъезжали, я решил обсудить ещё одну важную для меня тему и наконец-то рассказал о визите ко мне Георгия Спиридонова и о том, что собираюсь сделать его паладином Аннулета.
— Не боишься создать конкурента? — озвучил мои тревоги Пётр.
— Сам переживал об этом последние три дня, — признался я в ответ, — но Иван Грищенко правильно сказал: не такой уж я и ценный, как могло показаться. Империя обходилась без паладина полвека, проживёт и дальше.
— Соглашусь, — кивнул Сан Саныч, — Виталия статус паладина вряд ли защитит, а работы хватит и для десятка паладинов. В любом случае, ты же получаешься, вроде как, старшим пладином из-за браслета рода? — поинтересовался он.
— Всё так, — подтвердил я, — кроме этого, я имею доступ к Аннулету, да и мой родовой алтарь представляет немалую ценность.
