— Подожди, — остановил меня Иван, — когда я сюда приехал, обратил внимание, что вокруг нет ни одного сотрудника ИСБ. Пока тебя ждал, позвонил нескольким знакомым, — он сделал короткую паузу, ожидая моих комментариев, но я лишь пожал плечами. Подумаешь, ИСБ свалила. Не очень-то и хотелось! — Думаю, это проделки Шешковского — отозвать твою охрану.
— Он же официально никто, — вяло проговорил я, — просто пенсионер, пусть и с некоторыми связями.
— Неправильно так думать, — с осуждением покачал головой Иван, — влияния у него хватает, а в ведомстве бардак. Но ты прав: это всё неважно, главное — ты остался без охраны. Я не уверен, что мы выстоим против отряда наёмников, вроде того, что напал на твой дом.
— И какие есть варианты? У меня нет сильного личного отряда. Есть четыре охранника. Могу вызвать ещё двух-трёх «мастеров». Это нам чем-нибудь поможет? — Сейчас мысли о возможном нападении меня не особо пугали. Во-первых, слабо в это верилось, во-вторых — а что я могу поделать? Нападут — дадим бой и будем держаться до последнего. Глядишь, полиция или военные подоспеют. А нанимать сотню-другую бойцов, и с ними колесить по стране… выглядит глупо и не уверен, что поможет. Если поставить цель кого-то убить, имеется куча способов воплотить её в жизнь. От яда в еде до пули снайпера. И толпа вооружённой охраны меня не защитит.
— Ты размышляешь весьма здраво, — согласился со мной Грищенко, — отряд нам не нужен, но ещё пара «мастеров» не помешает, — он потёр подбородок, заросший щетиной, — с кем ты обычно ходишь в прорыв? Кто там дольше всего может продержаться? Думаю, имеет смысл взять их с собой под Санкт-Петербург, но вызвать пораньше. Лишнее прикрытие не помешает.
— Араслан, который обучает меня магии. Мы с ним уже несколько раз ходили в прорыв. Может продержаться практически до самого конца. И, как ни странно, Павел Богданов. Он как «мастер» только в начале пути, но почему-то в прорыве держится дольше всех. Можно ещё Петра позвать.
— Вызывай, — кивнул он головой, — а теперь иди спать, ты уже с ног валишься!
Зайдя в домик, дал указания Сан Санычу, чтобы он решил вопрос с Арасланом и Петром. Не хотелось отвлекать Корсакова от дел, но Иван прав — личная безопасность важнее, так что пусть Пётр оставшуюся неделю каникул проведёт с нами. Дела рода могут и подождать. А Павла мы подберём уже в Геленджике, куда отправимся послезавтра.
Наконец-то мне удалось нормально выспаться на мягкой кровати с хрустящим постельным бельём. На часах было восемь утра, когда меня разбудили на завтрак. Быстро собравшись, я вышел на улицу.
Стол был накрыт в беседке у озера. Внутри был установлен защитный артефакт, который не пропускал ветер и сохранял тепло. С нами сел мой новый вассал, Коля. Он резво вскочил на ноги и с поклоном поприветствовал меня.
— Всем доброе утро, — кивнул я собравшимся, — а почему завтрак не в столовой? — поинтересовался я у Грищенко, садясь за стол.
— Здесь отдыхают богатые или сильные люди, не имеющие аристократического статуса. Большинство из них с утра не хочет показываться на людях, — Иван намазал кусок белого хлеба маслом и, положив сверху толстый кусок сыра, прикрыв глаза от удовольствия, откусил от получившегося бутерброда.
— Да я уже понял, что, когда мы первый раз пришли на обед, гости недовольно смотрели не на Сан Саныча, а на меня, — кивнул я Сан Санычу и улыбнулся, вспомнив, как тот нервничал, — сидят себе бояре, обедают, а тут припёрся настоящий аристократ, целый князь. Нарушил их идилию. Вроде надо встать, поприветствовать, поклониться, но гордость мешает…
— Есть такое, — кивнул Иван, — бояре раньше были важными людьми в Империи и считали себя выше дворян. Они владели землёй, в отличие от дворян, которых сажали на землю на время службы. Бояре кормили государство, а дворяне защищали. Бояре были независимы, а дворяне служили Императору. Потом-то всё изменилось, но многие рода помнят свою историю и недолюбливают аристократов. Ну и, конечно, аристократы отвечают тем же, тем более, у них куда как больше прав и возможностей.
— Спасибо за урок истории, — хмыкнул я в ответ, — но я считаю, главное — чтобы человек был достойным.
— Для князя — в корне неправильный подход, — осудил меня Грищенко, — тебе строить свой род и растить детей в мире аристократов, так что выказывать поддержку боярству не стоит. Они — пережиток прошлого, цепляющийся за былое из последних сил.
— Учту, — не стал спорить с ним я. Да и бесполезно это. Тем более, Грищенко, без сомнения, прав. Боярство давно упразднено. Если смотреть с официальной точки зрения, их просто нет. А то, что некоторые рода выжили и сохранили свои богатства, ничего не меняет.
Покончив с завтраком, мы с Иваном отправились на пирс. Мне не терпелось продемонстрировать свой прогресс. Опустив руки в воду, я достаточно быстро призвал духа озера и, создав сразу два водных жгута, начал ими размахивать из стороны в сторону. После чего сделал несколько ступенек и обежал по воде вокруг пирса.
— Ну как? — Я, гордо выпрямившись, стоял перед Иваном, пытаясь отдышаться.
