– Живана, не переживай, шоколад – это хорошо, но и без него легко справимся. Сегодня потратили много времени, поэтому сейчас спать, а завтра учиться по полной.
Следующие четыре дня я планировал упорно учится, используя капсулу для обучения. Но, как обычно – человек предполагает, а господь располагает. После изучения базы «Виртуальная среда и базовые знания ее создания», Ярил потребовал начать отработку знаний в виртуальном тренажере. Я погрузился в тренажер, но в этот раз он не погнал меня по дорожке. В темноте голубым высветились строчки, которые тут же озвучивались.
– Активирован режим отработки знаний и практических навыков.
– Обнаружены не отработанные базы знаний:
Языки программирования.
Математический анализ первого и второго уровня.
Программирование первого, второго и третьего уровня.
Сетевая безопасность.
Виртуальная среда и базовые знания ее создания.
– Приступаю к симуляции.
Я оказался в помещении, очень похожем на то, где Колояр записывал для меня послание. Передо мной была огромная консоль, я её знал. На появившимся экране побежали строчки программного кода. Зазвучал голос как из рупора:
– Исправьте ошибочные команды и произведите отладку программного кода.
Я читал их, и понимал, где допущены ошибки. Прямо на ходу принялся править. Потом было построение модели математического анализа данных какого-то горнодобывающего предприятия с целой кучей переменных. Анализ, изменение и написание программ для роботизированных линий. В конце было создание виртуальной среды для программ вычислителя. Тут я понял, хотя в голове было уже это знание, что Предтечи считают самым лучшим вычислительным элементом нейрон мозга. С точки зрения физических составляющих – мозг – это набор элементов. Но они рассматривают его как энергоконструкт, который использует энергетическую матрицу для создания виртуальной среды энергополя, и в результате получается идеальный вычислитель. Предтече пытались повторить строение виртуальной среды энергополя нейрона синтетическим путем, но поняли – то, на что способен один нейрон мозга, они достигают созданием сотен искусственных нейропакетов. Поэтому они стали наполнять нейропакетами живые нейроны, и стали развивать живые искины и нейросети. Это была как бы справочная информация о том, к чему надо стремиться в попытке создать и наполнить виртуальную среду.
К моменту, когда отработка знаний закончилась, у меня было ощущение, что я провел в тренажере около трех суток. Но оказалось, что всего четыре часа. Тренажер, как и обучающая капсула, разгонял мой мозг, и время чувствовалось по-другому. После отработки навыков есть хотелось зверски. И количество еды практически утроилось. На мой вопрос, – почему так? – Живана пояснила, что в тренажере идет очень повышенный расход энергии, и теперь я просто восполняю потраченное. Сил на что-то, кроме еды, реально не было. Я завалился спать прямо в медотсеке, хотя собирался пойти спать на свой корабль.
Еще четыре дня я учил базы под разгоном, закреплял полученные знания в тренажере. Ярил оказался прав. Теперь это черное чудо света не вызывало у меня щенячьего восторга. Уважение к его создателям – да. Базы становились все тяжелее и объемнее. Больше двух за сутки я уже не осиливал. Тренажер стал выбирать для спорта космос и космические корабли, где я в полном облачении выходил в открытый космос, бегал и прыгал по кораблям, и внутри них. Слава богу, Живана ослабила контроль. Хотя, скорее всего, она просто проверяла меня во время сна. Но день, когда теория и виртуальные погружения начнут воплощаться в реальных действиях, наступил.
„Три вещи никогда не возвращаются обратно – время, слово, возможность.
Поэтому: не теряй времени, выбирай слова, не упускай возможность.“
