— Итак, Блек-сан, рассказывай. Или мне лучше называть тебя Гарри? — спросила Оримура-сенсей, жестом предлагая ему сесть в кресло, рядом с которым стоял небольшой столик. Сама она потянулась за чайным сервизом, а Гарри в это время осмотрелся. Комната Оримуры-сенсей была несколько больше комнат в общежитии учеников, и, как он подозревал и как показывал ему Чародей, это была лишь гостиная, из которой можно было попасть в спальню. Да и обстановка была здесь гораздо комфортнее, чем в спартанских комнатах учеников. Тут был и диван, и мягкое кресло с журнальным столиком, и даже телевизор, не считая ковра на полу, в отличие от пластикового ламината в его комнате. В общем, это был небольшой островок домашнего уюта, созданный для учителей, чтобы те могли отдохнуть от огромного количества детей, у которых были свои проблемы и капризы.
— Если вы не против, Чифую-сан, — ответил Гарри, и а лице Оримуры-сенсей появилась легкая улыбка, — Про что рассказывать то? Про вчерашнее задание на «подумать»?
— Нет, не про него. Во всяком случае, пока. Ты изменился. За пять лет превратиться из запуганного мальчишки, живущего с ненавидящими его родственниками в уверенного в себе парня с богатым отцом. А потом и вовсе в известную в кругах НД персону, и это не про твои способности к полетам.
— А, — махнул рукой Гарри, наблюдая за Чифую, которая заваривала чай, — Это история из разряда «Я у мамы золушка», на ее основе уже можно снять пять фильмов.
— И о чем же они будут? — спросила Чифую, ставя на столик перед ним чашку с чаем, садясь на диван напротив него, — Угощайся. Из того, о чем ты писал в письмах, я поняла только то, что у тебя в жизни произошли перемены в лучшую сторону. И довольно заметные и резкие перемены, как я теперь могу наблюдать.
— Благодарю, Чифую-сан. С чего бы начать, — задумался Гарри, — Ну, про мою семью, с которой я жил, вам известно. Я всегда мечтал сбежать от них, поэтому подналег на учебу. Но два года назад случилось чудо. Появился богатый крестный фей, который все-таки оформил надо мной опеку, которую ему не давали из-за одного вредного старикашки. Его Сириус Блек зовут, крестного моего, они с отцом были кузены. Потом я пообщался с технологами в его компании, от них я перебрался к русским специалистам-металлургам, потом на меня обратили внимание их спецслужбы. Через них я оказался связан с НД, и, как и в случае с Ичикой, случайно раскрылся.
— Случайно? — вопросительно изогнула бровь Чифую.
— Именно. Мне как-то не хотелось оказаться на металлическом столе в белой комнате, наполненной разнообразными приборами, переливающимися огоньками и испускающими противный писк. Спасло влияние моего «папаши», — ответил Гарри, показав кавычки, — И тот факт, что как специалист я им оказался более выгоден, чем в качестве биомассы для исследований. Хотя, через ад в белых халатах мне пройти пришлось. И я перед вами в огромном долгу за все те советы, что вы мне дали ранее.
— Не стоит, просто ты умел задавать грамотные вопросы, иногда слишком грамотные, для своего возраста.
— Трудное детство творит чудеса, — отсалютовав чашкой с чаем, произнес Гарри.
«А несколько почти успешных попыток тебя убить заставят задуматься над смыслом жизни. Особенно когда несколько раз оказываешься на волосок от путешествия на ту сторону», — подумал он, но решил не говорить подобные мысли вслух.
— Это русские тебе сделали твой костюм?
— Да, и я им благодарен. Ведь будь у меня костюм как у Ичики, я бы остался без фанклуба имени меня. Некоторые шрамы не заживают со временем, — тихо проговорил последнюю фразу Гарри, вспоминая василиска, акромантула и дракона. Шрамы от ран, нанесенных магическим существом, не заживали и оставались на всю жизнь как напоминание о случившемся. Именно такими напоминаниями были ожог на левом предплечье, след от укуса на груди и от сквозной раны огромным клыком почти через все тело, и несколько других, которые он не запомнил.
— Ты знаешь про фанклуб?
— Я даже знаю про подпольный аукцион, на котором продавалось мое душевое полотенце, да и Ичикино тоже. Я же его сам и продал, через подружек Хонне. Выручку мы поделили, и все остались довольными.
— Подпольный аукцион, значит? — хмуро переспросила Чифую.
— Эй, не надо ничего предпринимать! Я сперва свое продал, потом Ичике показал объявление, так что он тоже в доле, — подняв руки, поспешил заверить ее Гарри, — Он, правда, сперва был против, но когда увидел цену, очень быстро согласился. Там явно была не одна ученическая стипендия, а как минимум три. А вы как в академии оказались, Чифую-сан? Я читал про эту историю с похищением, но у вас вроде еще должен действовать контракт с немцами.
