— Тетя Белла, — улыбнулся он родственнице.
— Ты не мой родственник, и тем более не школьник! И это хорошо. Люблю молоденьких, которые громко кричат! — посмеиваясь, проговорила Беллатрикс, прежде чем запустить в него какой-то гадостью, похожей на небольшое облачко миниатюрной саранчи.
— Эй-эй, так нельзя с родственниками! — выкрикнул Гарри, уклоняясь от проклятья, —
— Я не узнаю тебя! — ответила Беллатрикс, бросив в Гарри еще одно, противное на вид, проклятие и резко развернулась. Её внимание привлекли два аврора, которые встретили несколько секунд спустя на своем пути по Аваде.
— Хм, а на севере у нас Хогг, — пробурчал Гарри.
— Стыдно не узнать действующего главу рода Блек, — произнес парень, уклоняясь от проклятий Пожирательницы.
Беллатрикс на секунду застыла, но вскоре её глаза расширились, и пламя безумия в глазах разгорелось еще сильнее. Из её рта стали доноситься странные булькающие звуки, вскоре переросшие в хохот, от которого у Гарри кровь застыла в жилах.
— А-ха-ха! Так ты и есть выродок моего блохастого кузена-маглолюбца! Великолепно! И скорее всего, ты тоже выродок какой-нибудь грязнокровной сучки. Твоя смерть очистит род Блек от заразы, и место главы рода займет достойный! Авада Кедавра! — произнесла Беллатрикс, которую все, судя по всему, безумно забавляло.
— Мимо, тетушка Белла, — хохотнул Гарри, уклоняясь от авады. Разумом он понимал, что злить ведьму, которая, по словам Цигнуса Блека, её отца, была очень сильна магически и имела весьма обширный арсенал проклятий, не следовало. Ведь это тетрадка Беллатрикс значительно расширила его кругозор в сфере боевого применения темной магии. Но его здравый смысл помахал ему ручкой быстрее, чем раньше. Возможно, виной тому нахождение в магически-насыщенном месте, возможно, его просто разозлила тетка.
— Пинкетто Пинкамина Пай, — ухмыльнулся Гарри, произнося заклинание. В небе появилась розовая грустная пони с прямой гривой, державшая нож в зубах. И этим ножом она стала с остервенением резать зеленый череп.
— Как ты смеешь оскорблять ЕГО знак! Круцио! — закричала Беллатрикс.
— Фрактус, — ответил он костеломным заклинанием, предварительно создав на пути луча пыточного заклинания резиновый мяч.
— Дженкинс, как обстановка! — рявкнул старик, лицо которого было покрыто шрамами, а вместо одного глаза был искусственный, который в данный момент бешено вращался вокруг всех трех осей. У старика отсутствовала нога, вместо которой был деревянный протез в виде лапы льва.
— Мы смогли их оттеснить, сэр. Осталось еще полтора десятка Пожирателей Смерти. Профессор МакГонагалл сражается с Долоховым. Аврор Сэм повязал лорда Паркинсона. Наши допрашивают задержанных, — отрапортовал мужчина средних лет в алой мантии.
— Аластор!
— Альбус? — не поворачивая головы в сторону приближающегося директора, произнес Грюм.
— Здесь Беллатрикс Лейстриндж!
— Мерлиновы яйца! Дженкинс, Траверс, Килькинс, Шпроттинс, возьмите с собой по пятерке и прочешите Хогсмид! Как только найдете эту психопатку — немедленно просигналить!
— Есть! — хором ответили пять авроров, и уже собрались выполнять поручение начальства, как с соседней улицы донесся безумный смех, до боли знакомый каждому, кто принимал участие в первой войне с Темным Лордом.
— А-ха-ха, восхитительно! Прекрасно! Темному Лорду нужны такие, как ты!
— Нья-ха-ха, — ответил Беллатрикс еще один голос, в котором тоже звучали безумные нотки. Но голос был мужским, — А я тебя не слушаю, тетя Белла! И не послушаю, пока не придумаешь что-нибудь отличное от речи из справочника «Сто цитат темного властелина».
— Все за мной! Живо! — рявкнул Грюм.
