Аномалия полностью

– Выглядят довольно симметрично, не находишь? Будто кто-то специально над ними потрудился.

– Может быть, – неуверенно ответил я. – Но, говоря по правде, Молл, не исключено, что мы просто имеем дело с дефектом изображения. Кроме… этого, у тебя больше ничего нет?

– Ничего, – сказала она. – Возможно, ты прав. Но что, если в стародавние времена кто-то и впрямь обустраивал эту пещеру для себя? Тогда, получается, это не пустышка.

– Получается, что так.

– Ну же, Нолан. Если я права, это уже совсем другой разговор. Значит, коренные жители знали об этом месте. По крайней мере, сюда понабегут археологи. В худшем случае назовут эту дыру в твою честь, но ведь это даже приятно.

– Ладно, ладно, – сдался я. – Пойду взгляну поближе.

– Нет, – заявила Молли. – Мы вместе пойдем и взглянем.

Мы достали фонарики и направились к проему.

– Ты вовсе не обязана этого делать.

– Нет, обязана, – возразила Молл. – Сегодня мне пришлось пережить кучу всего неприятного. Мучительное беспокойство. Паническую атаку. Короткий приступ булимии.

– Ох, – посочувствовал я. – Тебе, наверное, было… довольно погано.

– Да. Но это все в прошлом. Я поработала над собой и теперь снова в строю.

– А я, оказывается, многого о тебе не знал. Еще скажи, что ты республиканка.

– Так оно и есть.

– Ты шутишь?

– Нисколько.

– Нет, серьезно, ты и правда голосовала за республиканцев?

– У меня отец – конгрессмен от Республиканской партии.

– Тогда вопросов нет.

Включив фонарики, мы вошли в туннель. Теперь, когда мы были только вдвоем – все остальные упаковывали вещи, готовясь к спуску, – он казался совсем другим. Это было царство невообразимой, оглушающей тишины. И древности, исчисляемой сотнями, многими сотнями тысяч лет. Но не человека. В полутьме раздавалось неестественно размеренное дыхание Молли.

– Практикуешь йогу?

– Да, – ответила она.

– Супер. Помогает?

– Вызывает головокружение, если честно. Больше не буду.

Я всматривался в стены, пока мы медленно продвигались вглубь, надеясь, что в предыдущий раз попросту чего-то не заметил, однако не видел ничего, кроме однообразной бугристой породы.

Время от времени мы направляли лучи фонариков на так называемый потолок, а по сути, в открытое зауженное пространство, но и там не было ничего, кроме пляшущих теней.

Наконец мы уперлись в слепой конец коридора.

– Вот и все, – вздохнула Молли. Голос у нее немного дрожал. – Ты обыграл нас, гадкий, темный, тесный туннель.

– На фото все выглядело по-другому, – заметил я, поднимая фонарик.

– Тут есть выступ. – Молли напряженно вглядывалась в темноту. – Футах в десяти или, может, в двенадцати. Отойди немного назад.

Молли не ошиблась: под таким углом было видно, что наверху имеется какое-то углубление.

– А вот и те кирпичи, – проговорил я. – Раз, два, три.

– Что это, по-твоему?

– Не знаю. То есть да, они вроде как располагаются в определенном порядке, но… Ладно, сейчас проверим.

Я надел налобный фонарик, осмотрелся и заметил в одной из боковых стен две ниши. Поставив правую ногу в ту, что находилась пониже, я обеими руками схватился за край другой. И, упершись спиной в стену, начал осторожно, дюйм за дюймом, ползти наверх.

– Ого! – восхитилась Молли. – Да ты у нас прямо Человек-паук.

– Шла бы ты, Молл…

Пять минут пыхтения и нечеловеческих усилий – и я наконец преодолел те несчастные футы, что отделяли меня от цели. Сначала мне показалось, что я застрял: наполовину втащив тело наверх, я понял, что для второй его половины тут попросту нет места, однако все же как-то умудрился влезть в расщелину целиком.

– Здесь около шести футов в высоту, – сообщил я стоящей внизу Молли. – А в ширину – вообще фута четыре, не больше.

– А кирпичи видишь? Похоже, что их вытесали?

Света фонарика мне хватило, чтобы моментально сообразить: мы ошибались – изображение на видео ввело нас в заблуждение.

– Это вовсе не кирпичи, – сказал я. – Это углубления.

– От выпавших камней?

Я придвинулся ближе.

– Нет. Если только все камни не были совершенно одинаковыми по форме и размеру.

Я медленно запрокинул голову, направляя свет вверх. Потолка там не было.

– Здесь еще такие есть. Той же формы. Слева, справа, слева, справа – и так до бесконечности. Матерь Божья, Молл!..

– Что?

Я наклонился вперед и посмотрел на нее:

– Это же лестница.

Из архивов Нолана Мура. Гравюра из книги об экспедиции Джона Уэсли Пауэлла 1869 года (издана в 1875 году)

Кен старался, чтобы его голос звучал беспечно, однако получалось это у него неважно:

– И высоко ты залез?

– Футов на двадцать, – ответил я. – Где эти ступени заканчиваются, я так и не увидел.

– Твои соображения?