– Нет, ну почему он на тебе не женится? – продолжала допытываться Машка, вставляя длинную сигарету в изящный серебряный мундштук. – Вы живете уже столько лет, чего он ждет, я не понимаю?
Амалия покосилась на сигарету. Сама она с большим трудом бросила курить около года назад и с тех пор не занималась дымоглотством. Рука, уже было потянувшаяся к Машкиной пачке, схватила кусок мяса – снова удалось удержаться от соблазна.
– Мы с ним снова недавно это обсуждали. Афанасий придерживается мнения, что семьи из двух человек не бывает в природе. Он хочет детей, а у меня не получается забеременеть. Сказал, что боится на мне жениться. Вдруг я никогда не смогу родить и придется подавать на развод. Не хочет зря паспорт штампами марать. Говорит, что жениться надо один раз.
Машка вытаращила глаза, рука с сигаретой дрогнула и пепел упал на безумно дорогие шелковые брюки.
– Детей ему надо? – растягивая гласные, сказала она. – Вот оно что! Он у нас, оказывается, деточек хочет? Ну кто бы мог подумать. Вот где нашло-таки приют чадолюбие! – смешно пуча глаза, язвительно проговорила она. – И что же ты ему ответила?
– Ты не подумай, что мне приятно было это слышать. Почувствовала себя контейнером для вынашивания его детей, пробиркой какой-то! Будто ледяной водой окатили. Еще сказал, что нужно пойти к гинекологу и проверить, почему у нас до сих пор нет пополнения.
– Кто бы его самого проверил, блин! – разозлилась Машка.
– Ну да, я ему сказала, что проблема может быть и не у меня вовсе. И тут такое началось! От него можно было прикуривать, так возмущался. Можно подумать, я его в геноциде обвинила. Потом со мной весь вечер не разговаривал. Пришлось утром звонить знакомому гинекологу и просить порекомендовать какую-нибудь частную хорошую клинику.
– Так ты все-таки решила пойти к врачу? – уточнила Машка.
– А куда деваться-то? Ну хочет мужик детей, разве это плохо? Хотя, в целом, ситуация кажется мне унизительной. Думается, что проверяться должны оба. Но вести с ним разговоры на эту тему расхотелось.
– Ты не томи, говори, сходила или нет?
Машка от нетерпения даже заерзала на стуле.
– Сходила. Почти весь день провела в частной клинике. Потратила на обследование кучу денег. Все анализы сдала.
– А дети-то будут? – не поняла Машка.– Все нормально по этой части?
– Да нормальнее, чем у большинства!
– Это что же получается, подруга, твой мужик тебя за просто так все это время изводил упреками и подозрениями?
Амалия только пожала плечами.
– Ну, и что мы будем теперь делать? – продолжала Машка. – Может, казним гада на рассвете?
– Кровожадная ты Марья, – засмеялась Амалия.
Присутствие подруги и ее поддержка всегда возвращали частичку утерянного оптимизма. После ее визитов жизнь, на какое-то время, снова становилась интересной и яркой.
– А что мне делать – я теперь и сама не знаю. – Вообще-то, есть, конечно, варианты – можно утопиться или повеситься. Ты бы мне что посоветовала?
– Лично я, советую бросить этого козла к чертовой матери, начать новую жизнь и найти какого-нибудь миллионера, хоть завалященькова!
– Легко тебе говорить «новую»! А может, ты даже знаешь где они валяются?
– В поисках могу посодействовать, – подмигнула Машка. – Я вижу дело с мертвой точки сдвигаться начало.
– Эх, жисть моя поломатая, – вздохнула Амалия. – Что-то я от нее уставать начала, – она грустно улыбнулась.
– Еще бы, – отозвалась Машка. – Милая моя подруга, а тебе никогда в голову не приходило, что можно жить другой жизнью? Эта жизнь не твоя, понимаешь? Ты все время, каждый свой день, живешь не для себя. Постоянно под кого-то подстраиваешься, стараешься угодить, ждешь похвалы и одобрения. А в результате, теряешь свою личность и почву под ногами, похвалы так и не дождавшись.
И не поспоришь… Иногда, пустота, идущая изнутри, начинала душить. Во время таких приступов хотелось вырваться, бросить все и уйти от Афанасия. Любовь постепенно умирала под натиском упреков и рутины.
– А вдруг я уйду от него и больше никого никогда не встречу? – поделилась своими опасениями Амалия.
–Ага! Значит, все-таки, готовишься к побегу! – с триумфом заключила Машка. – Скажи честно, ты его любишь?
– Уже не знаю. Два года назад точно любила, а теперь…
– Тебе не кажется, что пора делать ноги, пока он окончательно тебя не растоптал?
– Думала об этом.
– И что же останавливает?
– Боюсь, я не готова к одинокой жизни. Он раньше таким нежным был, страстным. Вдруг все еще вернется? Видать, не совсем доканал.
– Когда совсем доканает – поздно будет! И тебе нужно готовиться не к одинокой, а свободной жизни. Чем, по-твоему, отличается одиночество от свободы?
А действительно, чем?
– Одинокими чувствуют себя люди, которые не умеют распорядиться таким подарком судьбы, как свобода. У по-настоящему свободного, самодостаточного человека всегда и во всем есть выбор, и делает он его всегда сам. Разве сейчас ты не одинока? Извини, но у меня складывается впечатление, что ты и сейчас живешь одна, – резюмировала практичная Машка и распечатала очередное пирожное.
