В манеж она вошла легко, и Коля уже на третий день научился стоять на ее спине. Лошадь поначалу не понимала, что от нее хотят! Для чего она должна бежать не вперед, как прежде, а по кругу? Какой в этом смысл? И почему человек, в отличие от цыган, не сидит на ней, а стоит?
Коля вначале надевал жокейскую лонжу, то есть приспособление, состоящее из пояса и троса, пропущенного под куполом через блок. Падая, он на этой лонже повисал. Потом начинал обходиться без нее.
Капитолина Ивановна, к этому времени ставшая дрессировщицей собак, делилась с Колей своим опытом гротеск-наездницы.
Мечта Коли постепенно обретала реальные очертания.
Вот он уже стоит на лошади, не прибегая к лонже. Вот первые удачи в жонглировании на ней. Коля готов был репетировать хоть круглые сутки. Между ним и Бонджо установилось полное взаимопонимание. Характер у лошади был покладистый. И когда юный жонглер освоил шесть трюков, было решено выпустить его на публику.
Понадобился конечно же псевдоним. А они в цирке издавна комбинировались из имен артистов. Клоуны Кольпети — это Коля и Петя, наездницы Валези — Валя, Лена, Зина, а загадочный Мифорт, если прочесть справа палево, не кто иной, как Трофим.
А здесь поступили еще проще! Имя «Николай» разрезали, как колбасу, на две части, и получилось «Нико», юный жонглер.
Все конные жонглеры используют панно. Панно — это специально изготовленное седло, плотно облегающее спину лошади. Сверху оно образует ровную площадку, стоять на которой конечно же легче, чем на покатой лошадиной спине. Однако Нико обошелся без панно. И не потому, что решил бросить вызов всем конным жонглерам (как об этом впоследствии напишут), а потому, что панно у него просто-напросто не было. Отец же, купив Бонджо, на дополнительные расходы идти не мог. Ограничились чепраком — накидкой, защищающей лошадь от канифоли.
Коле втолковывали, что в успехе своего будущего номера он никогда не может быть уверен до конца и должен готовиться ко всему. Жонглеру на лошади мало быть в хорошем настроении. В хорошем настроении должна быть и лошадь. А это совпадает не всегда.
Скажем, к артисту в цирк пришли знакомые, и ему хочется при них выступить как можно лучше. А к лошади никто не приходил, и как раз в этот день она может начать артачиться, сбиваться с ритма, дергаться, отходить от барьера, перепрыгивать с задних ног на передние, норовя сбросить с себя жонглера, словом — всеми силами показывать, что служение искусству ей до смерти надоело!
И если ты артист, ты не должен дать публике заметить неполадки, а обязан заставить поверить ее, будто все идет как нельзя лучше.
От Коли не скрыли, что конные номера, в частности жокеи и жонглеры на лошади, не только труднейшие в цирке, но и, как утверждает статистика, самые небезопасные.
В цирке репетируют при пустом зале, а как отразится на состоянии лошади переход от пустого зала к полному, от репетиции к представлению? Чтобы сделать переход более плавным, артисты на репетициях изображают иногда зрителей — ходят по местам, шумят, аплодируют и т. д. Но все же артистов-то меньше, чем публики!
К тому же на Колин дебют в Тбилиси публика собралась особая.
Артисты обычно дебютируют на дневных представлениях, главными зрителями которых, естественно, бывают дети. И на сей раз в цирк прибыл пионерский отряд со знаменем, с барабанами, с горном и конечно же с неугомонным южным темпераментом. Ребята шумели, то и дело «подыгрывали» оркестру на барабанах. Время от времени раздавались звуки горна.
Океанос с шамбарьером находился в центре манежа. Капитолина Ивановна за кулисами перекрестила сына.
Колю опоясали лонжей, он прыгнул на Бонджо, но тут некстати грохнули барабаны пионеров, и лошадь шарахнулась в сторону. Юный жонглер не удержался на ней и повис на лонже. Из шести подготовленных трюков он чисто сумел выполнить три, остальные с падениями и повторами. Лошадь нервничала и выходила из повиновения.
И все-таки это был настоящий дебют. Колю всей труппой поздравили, а после вечернего представления в цирке в лучших грузинских традициях накрыли стол.
Известный цирковой деятель Роман Гамсахурдия, директор Тбилисского цирка, торжественно провозгласил:
— Я поднимаю этот бокал за талантливого сына моих друзей Капитолины Ивановны и Леонида Сергеевича. Я ему предсказываю большое будущее. Сегодня наш юный Нико сумел показать себя настоящим… — и т. д. и т. п.
И хотя застольное красноречие на Кавказе изобилует превосходными степенями, опытный тамада не смог предсказать даже сотой доли того, чего на самом деле достигнет в цирковом искусстве отправленный спать дебютант.
От представления к представлению обретал юный жонглер мастерство.
Мальчишескому самолюбию льстило, что он имеет самостоятельный номер (помимо участия в групповых), что его имя значится на афишах, что художник даже сделал плакат, его, Колю, т. е., простите, Нико, изображающий.
Но успех жонглера на лошади зависит не только от него самого.
