Когда я учился в первом классе, мои одноклассники избегали меня, даже классная руководительница не обращала на меня никакого внимания. Я был щуплым, маленьким мальчиком с холодным взглядом. Мне посчастливилось родиться с такими глазами – пугающе серьёзными и серыми, как грозовое облако. Со мной мало кто разговаривал, все старались вообще не замечать моего существования. Как сейчас помню: я сидел в третьем ряду за второй партой. У меня не было соседа по парте. Никто не хотел быть со мной в паре на физкультуре. Учитель не замечал того, что класс отдалился от меня. Возможно, виной тому послужило то, что я редко улыбался и почти не разговаривал. Девочки из класса называли меня «мрачным типом», откуда они взяли это выражение – остается загадкой. Я почти уверен, что большинство из них даже не знало значения этого слова, а просто повторяли как попугаи за взрослыми. Возможно, я эмоционально дефицитен, а может просто – редкостный дурак. Мне неизвестны все причины моего «изгнания», но я догадывался, что это из-за того, что у меня нет матери. Никто не говорил этого мне прямо в лицо, но иногда вскользь проскальзывало их отношение к моей неполной семье.
Потом мы переехали в Вашингтон, и я стёр из памяти всех этих людей. Уже в шестом классе я подрос, моя внешность стала более привлекательной, а когда я перешел в старшие классы, то люди словно с ума сошли: каждый хотел быть моим другом, каждый лез ко мне со своими проблемами, будто у меня своих нет. А когда меня назначили капитаном футбольной команды, я понял: всё, что было раньше – цветочки. За все школьные годы мы с Лили смогли подружиться только с Викки, хотя у сестры и было что-то вроде свиты. Я не воспринимал это всерьёз, женская дружба она такая изменчивая, поэтому я не считал смазливых девочек в коротких юбках подругами Лили. Просто я всегда помнил то пренебрежение, с котором ко мне относились в младших классах, поэтому чрезмерное внимание в старших казалось мне смешным.
Однажды летом мы с Лил поехали в родной город, чтобы навестить свою тётю Рейчел, и в парке развлечений я встретил свою одноклассницу из прошлой школы, я её сразу узнал: тёмные длинные волосы, тёмная кожа, присущая индусам. И она меня узнала, да так, что даже растолкала своих подруг, что-то быстро им сказав. Я понял, что и они, скорее всего, мои одноклассники. Вся толпа подскочила ко мне и начала задавать разные вопросы, на которые я не собирался отвечать. Лили ушла покупать содовую, поэтому мне пришлось терпеть этих идиотов, чтобы не разминуться с сестрой. Мне было четырнадцать, но уже тогда я довольно-таки вытянулся и стал более привлекательным. Смотря на удивлённые лица этих людей, их интерес и желание подобраться ко мне поближе, я не смог удержаться и тихо рассмеялся. Внешность – главная действующая сила в достижении целей. Не зря же говорят, что красивые люди более успешны.
– Шли бы вы нахер, – спокойно произнёс я, смакуя каждое слово. – От вашей болтовни у меня голова разболелась, заебали уже.
Их лица вытянулись, а я широко улыбнулся и помахал этим идиоткам. Они не очень-то прилично выругались, матерящиеся девушки омерзительны. Я поморщился и отвернулся, забыв о них и вновь став спокойным Нейлом. Наверное, это был тот самый момент осознания того, что все люди одинаковы, их отношение измеряется внешностью, и ничем они меня заинтересовать не могут.
Я шел домой к бабушке Вали с дополнительных занятий по русскому, обдумывая домашнюю работу и тему доклада, что мне задали в универе. Всё же, хоть я и говорил на русском языке достаточно хорошо, у меня был акцент и некоторые затруднения в грамматике и чтении. Уставший и голодный я всунул ключ в замочную скважину, но он никак не хотел открывать. Я понял, что с другой стороны вставлен ключ в замке, с обречённым вздохом нажал на кнопку звонка и прислонился к ближайшей стене. Послышались чьи-то голоса и быстрый топот, а потом дверь открыл мне совершенно незнакомый парень. Тёмные густые волосы, большие карие глаза и лягушачий рот. Он был странным, с живой и многогранной мимикой.
– Ты кто? – выдал парень, а я не смог сдержать ироничной улыбки.
– Я здесь живу, а вот кто ты? – сделал я ударение на последнем слове. Парень засмущался, когда я шагнул в квартиру, максимально близко приближаясь к нему.
– Значит, ты Нейл? – затараторил парень. – Меня зовут Дима.
Он протянул мне руку, немного отойдя, и обезоруживающе улыбнулся. Закрыв дверь, я пожал его руку и кивнул. Настроения вести светские беседы у меня абсолютно не было. Полдня отбивался от любопытных однокурсников, а потом выслушивал от «реальных» пацанов, что негоже заигрывать с какими-то куропатками. Конечно, постоять за себя я мог всегда, не просто так же носил звание капитана в школе. «Надо бы и в спортивную секцию записаться, а то от бицепсов останется только воспоминание», – подумал я.
