Создается впечатление, что Быков не советует читать "Обломова" потому, что предпочитает, чтобы восприятие живой ткани романа у молодых людей шло через его оценку. А эта оценка идеологична и направлена, как многие его инвективы, против российского государства и российской истории. Его подспудная цель в большинстве лекций - воспитание стойкого скептицизма вплоть до неприятия России и той частью общества, которое не воспринимает либерализм.
Известно, что эпоха Николая I была временем реакции, временем, когда жизнь общества сковывалась жесткими цензурно-полицейскими рамками и государственной идеологией, призванной воспитывать в людях чинопочитание, верноподданничество, некритичное мышление, покорность любым действиям властей и восприятие действительности, как вершины и предела социального движения. Этакое "остановись мгновение, ты прекрасно!" У Николая I есть свои почитатели, но Быкова интересуют не любители "крепкой руки", а нечто иное, более глубинное. Быков говорит вроде бы правильные вещи: "...роман о преодолении сна написан, и об отсутствии мотивации пишется в эпоху сна, эпоху тотального оцепенения".
Роман о социальном сне написан в эпоху отсутствия мотивации к пробуждению. Красиво сформулировано! Более того, раз за разом в сознание слушающих внедряется тезис: "Россия - это страна, в которой мотивации нет, а есть лишь ленивое существование и бесконечное терпение". Но верно ли это? Такая ли убого-ленивая у нас страна? Достаточно полистать справочники, чтобы убедиться: в якобы сонном царстве бурлила активная созидательная жизнь. В эпоху Николая I творили Пушкин, Гоголь, Лермонтов. Начали свою литературную карьеру Достоевский, Гончаров, Тургенев, Некрасов, Салтыков-Щедрин. Литературная критика расцвела благодаря Белинскому, Писареву и Добролюбову. В музыке явил свой талант Глинка, в живописи - Брюллов и Федотов. И т.д. Так что с мотивацией в ту эпоху было все в порядке, а вот с властью... Погибли Пушкин и Лермонтов, на каторгу отправился Достоевский, в ссылку Салтыков-Щедрин. По любому получается, что обломовщина не была главным выражением того времени. Но именно этот момент Быкова как раз и не устраивает. У него "Обломов" - "книга о том, как Россия проспала на своем диване все свои исторические шансы". На самом деле "проспала" не Россия как таковая, а правящая элита. И будет это делать еще не раз.
Быкову нужно выработать у младежи нужное восприятие России. Не просто понимание сути конфликта активной части общества и правящего класса, а представление о порочности российской истории как таковой. Правда, он оговаривает, что нельзя все валить на эпоху (мол, "время было такое"). Но эта "объективность" говорится ради маскировки. Вызвав доверие у слушателей свой "объективностью", Быков делает шахматный ход конем по голове. "Катастрофе режима предшествовала крымская катастрофа... Всегда с Крыма в России начинается упадок", - утверждает Быков. Он, как всякий российский добропорядочный либерал, сторонник постулата "Крым не наш". Их не интересует мнение населения Крыма. Им достаточно мнение госдепа США. Сказано, что Крым цэ Украина, значит так и есть. И никакие ссылки на историю и референдум не имеют значение. И в оправдании этой позиции в ход идут любые аргументы, в том числе литературные.
Илья Обломов мил определенной части интеллигентствующих. Обломов хотя и не делает карьеру, но он свой по духу. Что это за дух? Это возможность воспариться над суетной жизнью. Не только противопоставить себя ей, постылой, а встать над ней. Так делают монахи, уходя в скит, отгородившись от мирского бытия ради спасения своей души. Обломов ушел в свой "скит", только стараясь сделать свою полумонашескую жизнь сладкой и по возможности безмятежной. А что взамен?
Быков внушает отрокам: Обломов "опускается социально, а морально остается на прежней высоте". Ой ли? Чтобы понять, что это не так, надо прочитать роман, где пошагово показана деградация асоциальной личности, где автор разражается обличительным монологом страшной болезни, которая называется "обломовщина". Но этого как раз учитель ученикам читать не советует, предлагая верить его оценкам на слово. В том-то и дело, что Обломов опускается и социально (в бедность), и физически, и морально, становясь "тряпкой", отдавая деньги любому проходимцу, пока не остается на иждивении вдовы. В сущности, он объедает эту женщину и ее детей. Хорошо, что вмешивается Штольц и железной рукой наводит порядок в обломовских материальных делах. Кстати, "сухарь" Штольц не только спасает Илью Обломова от нищеты и позора, но и пристраивает затем у себя его слугу - никчемного Захара. Обломов добр "вообще", а прагматик Штольц - к конкретным людям. Но то, что именно Штольц неоднократно демонстрирует отзывчивое сердце и щедрость души, ученики Быкова не узнают, в полной уверенности в обратном.
