Анти-Суворов. «Ледокол» опровергнут! полностью

…Представьте себе, что какие-то люди за закрытой дверью между собой решают, пускать в ваш дом посторонних или не пускать. Вас они в свою компанию не зовут. Договорились между собой, высовывают головы из-за двери: эй, мужик, ну ты как, согласен?

Я бы таких мудрецов послал подальше. И правительство Польши поступило именно так. Иначе оно поступить не могло и права такого не имело! В любом случае принципиальная политика является единственно верной. Правительство Польши в данном случае проявило глубокую принципиальность. Честь и хвала!»⁴⁹⁷

Вопрос о безопасности Польши решался летом 1939 года, а за год до этого решался вопрос безопасности и территориальной целостности Чехословакии. Чехословацкое руководство понадеялось на защиту своей независимости со стороны Англии и Франции, но было предано своими «союзниками». Причем Англия и Франция по отношению к руководству Чехословакии поступили именно так, как написал мистер Резун: «Договорились между собой, высовывают головы из-за двери: эй, мужик, ну ты как, согласен?».

У. Черчилль подтверждает пренебрежительное отношение участников Мюнхенского сговора к официальным представителям Чехословакии: «Итак, Чемберлен вылетел в Германию в третий раз. Об этом памятном свидании было написано очень много. Здесь возможно только подчеркнуть некоторые его характерные особенности. Россия не была приглашена. Точно так же и самим чехам не позволили присутствовать на совещании. Правительство Чехословакии было уведомлено вечером 28 сентября в нескольких словах о том, что на следующий день состоится совещание представителей четырех европейских держав. Согласие между „большой четверкой“ было достигнуто без промедления. Переговоры начались в полдень и продолжались до двух часов ночи. Меморандум был составлен и подписан в 2 часа ночи 30 сентября. По существу это было принятие годесбергского ультиматума. Эвакуация Судетской области должна была быть проведена в пять этапов, начиная с 1 октября, и закончена за 10 дней. Окончательное определение границ предоставлялось международной комиссии. Документ был вручен чешским делегатам, которым позволили приехать в Мюнхен узнать о решении»⁴⁹⁸.

Состоявшееся 29–30 сентября 1938 года в Мюнхене совещание Гитлера, Чемберлена, Муссолини и Даладье явилось завершением той постыдной сделки, которая была полностью согласована между основными участниками сговора против мира. Судьба Чехословакии была решена без всякого ее участия. Представителей Чехословакии пригласили в Мюнхен лишь для того чтобы они покорно ждали результатов сговора между империалистами⁴⁹⁹.

Фатальным политическим событием, которое в конечном итоге привело ко Второй мировой войне, явилась Мюнхенская конференция (29–30 сентября 1938 года). В Мюнхене Гитлер, Муссолини, Чемберлен и Даладье предписали правительству Чехословакии передать Германии в десятидневный срок около 1/5 своей территории. Чехословакия теряла четверть населения, около половины тяжелой промышленности, мощные укрепления на границе с Германией, новая линия которой теперь фактически упиралась в предместья Праги. Отрицательное отношение к этому диктату правительства Чехословакии во внимание не принималось⁵⁰⁰.

На странице 118 автор утверждает, что мобилизационный потенциал Советского Союза в 1941 году – 17 млн человек: «У Сталина 170 миллионов населения. Мобилизационный ресурс – 17 миллионов».

А в книге «День „М“» мобилизационный потенциал СССР уже 34 миллиона человек: «20 % – это максимальный теоретически возможный уровень мобилизации. 20 % – это 34 миллиона потенциальных солдат и офицеров»⁵⁰¹.

В 1941 году стратегическое построение Красной армии было в несколько эшелонов. Это оборонительное построение. Вот и в книге «Святое дело» мистер Резун подтверждает, что многоэшелонное построение войск – это для обороны: «В 1939 году сама судьба определила Войску Польскому роль передового отряда, а Красной армии – роль главных сил. Казалось бы: пусть поляки гибнут в первом эшелоне, а Красная армия будет стоять во втором. Сталину что, поляков стало жалко? Так пусть же поляки примут на себя первый, самый страшный удар, пусть немцы растратят силы, пусть растянут свои коммуникации, а тогда пусть без всякой паузы встретятся с главными силами Красной армии вдали от германских границ и баз снабжения».

Мистер Резун «убедительно доказывает» на 142-й странице невозможность нападения Германии на Советский Союз в 1939 году из-за того, что у немецкой армии было всего только 6 танковых дивизий и не было никаких танковых групп: «Позвольте, товарищ маршал, с вами по этому пункту не согласиться. До заключения пакта у Гитлера не было планов нападения на Советский Союз. И быть не могло. Главная ударная сила Вермахта летом 1941 года – четыре танковые группы: Клейста, Гудериана, Гота и Гепнера. А в 1939 году у Гитлера не было ни одной танковой группы. У Гитлера было всего 6 танковых дивизий.