— В одном из материалов с критикой учредителей КПС сказано, будто КПРФ самой «логикой событий призвана стать инициатором Союза компартий объединяющихся государств». А Президиум ЦК КПРФ считает: «Право принимать решение о создании единой союзной партии принадлежит исключительно съездам компартий Белоруссии и России». Ваша точка зрения?
— Думаю, точки над i поставили XXX, XXXI съезды СКП-КПСС и последующие Пленумы. Эта позиция была выработана коллективным разумом всех компартий на территории СССР. Что касается КПРФ, которая, как считают ее руководители и некоторые союзники, должна была бы стать инициатором объединения, то, к сожалению, она на протяжении десятилетия не может объединить даже коммунистов России.
Напомню общеизвестные факты. По итогам выборов в Государственную Думу в декабре 1995 года Компартия Российской Федерации вместе с союзниками получила блокирующий пакет голосов. Тогда искра надежды на возрождение мощного, единого коммунистического движения в России еще теплилась. Но идеологическая трещина между российскими компартиями становилась все шире и глубже, однако СКП-КПСС сделал все возможное, чтобы обеспечить хотя бы организационное единство действий. При нашем настойчивом участии лидеры КПРФ и РКРП подписали в марте 1998 года совместное заявление, однако оно так и осталось декларацией о намерениях.
В Политическом заявлении XXXI съезда СКП-КПСС, единогласно принятом 1 ноября 1998 года, было сказано со всей определенностью: «Рекомендовать коммунистическим партиям России и других стран выступить на парламентских и президентских выборах единым избирательным блоком». КПРФ тоже голосовала «за», но именно Компартия Российской Федерации отступила от решений съезда, хотя было ясно, что без единого блока протестный электорат будет поделен и ничего, кроме потери голосов, участие в выборах «тремя колоннами» не даст. Более того, во многих округах КПРФ блокировалась с партией власти и бизнесменами, чтобы не пропустить в Государственную Думу радикальных коммунистов и патриотов. В итоге фракция КПРФ и оппозиция потеряли думское большинство. Сейчас Дума может принять любые законы, независимо от позиции КПРФ. Пример уже есть: ратификация Договора по СНВ-2, существенно ослабившего позиции России, ее безопасность.
Но вопреки всему мы предприняли еще одну попытку объединить комдвижение в России. Во исполнение январского (2000 г.) Пленума Совета СКП-КПСС мы собрали руководителей партий, договорились и оказали поддержку кандидату от КПРФ Геннадию Зюганову на президентских выборах. И не наша вина, что и эта кампания, проведенная и самим кандидатом, и его штабом вяло, безынициативно, даже с какой-то обреченностью, была с треском проиграна. И после всего этого нас обвиняют в расколе, в нарушении решений съезда о «единодействии»!Что касается претензий руководства КПРФ на лидерство и на исключительное право все вопросы, в том числе и объединения коммунистов Белоруссии и России, решать самостийно, то мы к этому привыкли. Не впервые руководители КПРФ противопоставляют себя Союзу коммунистических партий — КПСС. Они предпринимали неоднократные попытки создать параллельные СКП-КПСС и Международному комитету «За союз и братство народов» структуры. В ходе нашего последнего съезда постоянно шли кулуарные переговоры между руководством КПРФ и компартиями Украины, Армении, Молдовы. Затем под эгидой НПСР с большой помпой попробовали организовать его «филиалы» в странах СНГ, хотя в бывших советских республиках давно и успешно действуют движения «За союз и братство народов». Как и следовало ожидать, ничего из затеи «инициаторов» от НПСР не получилось.
Наконец, перед майским (2000 г.) Пленумом КПРФ, на котором я еще раз изложил позицию Совета СКП-КПСС, представители тех же партий, как всегда приглашенных руководством КПРФ, снова провели свой «междусобойчик». В нем участвовала и Партия коммунистов Белоруссии, возглавляемая Калякиным. Она проводит откровенно прозападную политику, на своем съезде официально провозгласила цель отстранить президента А.Г.Лукашенко от власти и блокируется в этом с самыми одиозными деятелями белорусской оппозиции, например, вступила в тесный альянс с антинародным Народным фронтом. Но руководство КПРФ именно с ней находит общий язык. Так вот, исходя из всего этого, объективно, может ли КПРФ стать объединителем компартий Белоруссии и России, на роль которого она претендует?
