— Уже четвертый год я наблюдаю за этими процессами, и не только наблюдаю. Я был участником всех пленумов и съездов СКП-КПСС, начиная с 1998 года, после выхода на волю. И меня поражало и поражает то — и об этом я говорил на пленумах, но широкой публике это пока неизвестно, — что руководство КПРФ в лице первого руководителя не очень-то жаловало всех нас своим присутствием. Интереса к СКП-КПСС не проявляло. И вдруг, когда созрел какой-то план, лидер КПРФ стал сверхактивным. Я не хочу употреблять слово «захват», потому что с юридической точки зрения, с точки зрения Устава, ничего не изменилось. Такие группы могут собираться и принимать какие угодно решения, но они, эти решения не соответствуют Уставу, и поэтому собрание, которое проведено Зюгановым 20 января, — это не пленум. Собрались какие-то представители, голосовали кто по доверенности, кто — по телефонному звонку, что в Уставе не предусмотрено, и то не в полном составе, и вдруг сами себя провозглашают руководителями». Мне это напоминает совсем плохие игры, я даже не хочу их называть.
В последнее время, когда наметилось явное противостояние, стало ясно, что есть люди, которые хотят что-то изменить в СКП-КПСС, причем изменить не открыто и честно, а — тайком. И я не сказал бы, что это группа Зюганова, хотя, может, Зюганов за этим и стоит. Нет, это Егор Кузьмич Лигачев уже не первый раз в Союзе устраивает нам такие интересные вещи. Ну и, как ни странно, в прошлом советский генерал Евгений Иванович Копышев. Зачем они спровоцировали эти передряги, которые только раскололи коммунистическое движение?
Нет, я не вижу здесь никакого захвата. Я вижу просто желание любой ценой узурпировать власть над всем коммунистическим движением и сделать это не легитимным путем. Как бы мы тут ни рассуждали, но нынешнее руководство СКП-КПСС во главе с Шениным избрано на съезде, и никаким пленумом, тем более неполноценным (ибо назвать совещание в узком кругу представителей близких КПРФ партий пленумом нельзя), ничего не поменяешь. Поэтому я отношусь к происшедшему достаточно спокойно — как к очень неприятному событию.
И второе явление, которое меня поражало и о котором я тоже говорил: чем глубже наши отдельные лидеры отдельных коммунистических партий из состава СКП-КПСС врастают во власть, тем пренебрежительнее относятся к СКП-КПСС и тем реже там появляются. Так было и с лидером Партии , коммунистов Молдовы Владимиром Николаевичем Ворониным, и с лидером очень большой Коммунистической партии Украины Петром Ивановичем Симоненко. Ну и совершенно непонятный, я смею сказать, совершенно предательский поступок руководителя Компартии Белоруссии Виктора Валентиновича Чикина. Отменить накануне Учредительного съезда Компартии России и Белоруссии, инициатором которого был он сам, участие в нем белорусской делегации! Так товарищ с товарищем не поступает. И опять-таки по теории врастания во власть, видимо, пост министра в правительстве более сладкий, чем руководство Коммунистической партией. И это — в Белоруссии, где старого коммунистического и нашего советского образа жизни осталось куда больше, чем на другой территории. И, тем не менее, лидер на поверку оказался слаб.
— Что делать в этой ситуации? Хотим мы этого или не хотим, но объективно два крыла в коммунистическом движении существуют: марксистско-ленинское, левое — и правое, социал-демократическое, оппортунистическое. Вот Виктор Аркадьевич Тюлькин прислал «Обращение к товарищам», в котором предлагает каким-то образом сохранить прежний СКП-КПСС, чтобы было два крыла, чтобы мы встречались и общались и чтобы были сопредседатели. Вы познакомились с этим обращением. Ваше мнение?
