Если же речь идет не о единой международной партии, а о Союзе партий, то такие препятствия отпадают».
Сразу видно, что деятели КПРФ абсолютно не знали и не понимали, что такое СКП-КПСС. Все, о чем столь глубокомысленно сказано в протоколе Пленума ЦК КПРФ, было решено два года назад на XXIX съезде КПСС, на котором КПРФ не соизволила быть. Но именно XXIX съезд преобразовал единую КПСС в международный Союз компартий — КПСС.
«У нас есть все данные, что ряд пропрезидентских исследовательских центров считает возможным воспользоваться вхождением членов КПРФ в единый СКП-КПСС, не зарегистрированный до 17 июня в Министерстве юстиции, в качестве повода для отстранения КПРФ от участия в выборах», — говорится далее в протоколе.
Разумеется, никто и не собирался отстранять КПРФ от участия в выборах, эта придумка выдвигалась с одной целью — убрать КПСС. А подкреплялась она «тяжелой артиллерией» в лице Конституционного суда буржуазного российского государства!
«В Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 30 ноября 1992 года по делу о проверке конституционности Указов Президента Российской Федерации от 23 августа 1991 года № 79 «О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР» и от 25 августа 1991 года № 90 «Об имуществе КПСС и Коммунистической партии РСФСР» и от 6 ноября 1991 года № 169 «О деятельности КПСС и КП РСФСР, а также о проверке конституционности КПСС и КП РСФСР, существовавших на момент издания Указа Президента Российской Федерации от 6 ноября 1991 года «О деятельности КПСС и КП РСФСР», исключается возможность их восстановления в прежнем виде. Члены КП Российской Федерации вправе создавать лишь новые руководящие структуры в полном соответствии с требованиями действующей Конституции и законов Российской Федерации и на равных условиях с другими партиями».
Далее в Постановлении сказано, что «установление того факта, что руководящие структуры КПСС и КП РСФСР осуществляли на практике вопреки действовавшим конституциям государственно-властные функции, означает, что роспуск их правомерен и восстановление недопустимо. Попытка созыва и проведения конференции и съезда КПСС, предпринятые осенью 1992 года, не могут быть правомочными...»
После тяжеловесной цитаты из постановления Конституционного суда в протоколе Пленума следует вывод:
«Дальнейшее членство КПРФ в СКП-КПСС, имеющем признаки единой партии, может повлечь за собой попытки властей расценить его как:
1) действия, противоречащие Постановлению Конституционного суда РФ от 30 ноября 1992 года и являющиеся основанием для обращения в Верховный суд РФ о прекращении деятельности КПРФ.
2) создание новой партии с необходимостью регистрации в Министерстве юстиции РФ ее Устава, что будет являться препятствием для участия КП РФ в выборах Государственной Думы.
Таким образом, юридический анализ показывает, что сегодня речь может идти только о Союзе коммунистических партий, образовавшихся на территории СССР».
Вооружившись аргументами Конституционного суда, руководство КПРФ 22 июня 1995 года проводит совещание представителей КПРФ, компартий Украины, Белоруссии (во главе с С.Калякиным), Армении, на котором инициаторы попытались протащить свои предложения о переносе сроков созыва съезда и изменении названия Союза компартий — КПСС.
24 июня того же года Пленум ЦК КПРФ принимает постановление «О позиции КПРФ на съезде коммунистических партий», в котором была поставлена цель — «добиваться принятия такого уставного документа, который бы определял статус СКП как добровольного международного союза компартий». Это была попытка ввести в заблуждение рядовых коммунистов. Ведь в Уставе, принятом на XXIX съезде КПСС, именно так и был определен статус СКП-КПСС и о воссоздании единой партии или «единого СКП» на том этапе и речи не было. Тем не менее, делегаты от КПРФ начали «обрабатывать» другие делегации, чтобы провести на съезде свою линию и превратить действующий и действенный Союз компартий в рыхлую, аморфную структуру. Сделать это руководству КПРФ во главе с Зюгановым не удалось. Съезд не пошел за ним — он принял линию Олега Шенина.
Вообще, на XXX съезде Зюганов полностью разоблачил себя. Он предложил убрать из названия аббревиатуру КПСС, чтобы Союз компартий — КПСС впредь именовался просто СКП. По сути, это был отказ от революционной истории партии, ее революционных традиций и целей. Состоялась жаркая дискуссия, похожая на схватку, после чего Шенин предложил за предложение Зюганова проголосовать поименно, чтобы «оставить для истории» — кто за СКП-КПСС, а кто — за СКП. Зюганов вновь взял слово и стал объяснять делегатам, что будто бы название СКП-КПСС затруднит вступление в союз компартиям Белоруссии и Армении, но всем было ясно, что «аргументы» Зюганова — чепуха, просто руководство КПРФ не только против восстановления КПСС, но даже против любого упоминания КПСС.
