Сам же Геннадий Андреевич сурово предупредил Семигина в статье «КПРФ — партия социализма и патриотизма»:
«В условиях предвыборной гонки 2003 — 2004 годов надо, не откладывая, отрегулировать деятельность всех структур НПСР, преодолеть обюрокрачивание руководства Исполкома. Устранить дублирование руководящих функций в системе управления организацией. В корне преодолеть «фуршетный патриотизм», дискредитирующий движение. Хочу напомнить разного рода «купцам», пытающимся похлопывать партию кошельком по плечу и норовящим приватизировать КПРФ и НПСР: это им никогда не удастся!» («Советская Россия», № 4, 14 января 2003 г.)
Но, видимо, недаром мудрые люди советуют: никогда не говори «никогда»! Вот и у истории с «Кротом» был неожиданный и совершенно фантастический конец. В сентябре 2003 года на съезде КПРФ, утверждавшем списки кандидатов в депутаты Государственной Думы РФ, вице-спикер Госдумы Геннадий Семигин, которого весь последний год «вожди» и пресса КПРФ стирали в порошок и клеймили как «удачливого бизнесмена, сделавшего состояние в период «хищнического первоначального накопления капитала», был внесен в центральный федеральный список под номером 18.
«Утверждение первой тройки прошло на ура. Список возглавили один Геннадий и два Николая — Зюганов, Кондратенко и Харитонов. ...Трагедия разыгралась, когда коммунисты дошли до № 18 — последнего в центральной части.
Его планировалось отдать питерцу Афанасьеву — нынешнему депутату и владельцу сети аптек. Но он не набрал нужного числа голосов. Это и предрешило дальнейший ход событий: на 18-е место отдельные «группировки» делегатов выдвинули своих людей — бывшего рабочего Путиловского завода Захарова, комсомольца Хугаева и вице-спикера Госдумы Геннадия Семигина. После того, как комсомольца прокатили, его сторонники отдали голоса Семигину, и вице-спикер набрал большинство. Ситуация становилась патовой — партверхушка во главе с Зюгановым категорически не хотела видеть его в списке. Левые газеты в свое время назвали Семигина кремлевским «кротом», он, дескать, готовил в партии переворот. Зюганов решил «сослать» врага в одномандатный округ в Хакасию. «Если Семигин войдет в список, это будет личным оскорблением для меня и партии», — заявил накануне генсек. Верные вождю партийцы бросились спасать ситуацию и выдвинули на 18-е место еще двух человек: Елену Драпеко и Василия Шандыбина. Драпеко не прошла, а пролетария принялся «мочить» камчатский губернатор Машковцев. «Шандыбин — не рабочий! Он уже десять лет как бюрократ, — рубанул губернатор. — Ко мне его сын приезжал, денег просил».
«Это не мой сын. Это однофамилец», — обиделся Василий Иванович, отец двух дочерей. Но не помогло: Семигин победил Шандыбина с разрывом в 13 голосов и таким образом доказал, что он не «крот». «От Зюганова до Семигина», — так теперь называют коммунисты центральный список», — острила по поводу событий на съезде КПРФ газета «Московский комсомолец» в заметке «Списки утверждали с писком». («МК», № 194, 8 сентября 2003 г.)
Подводя итог истории с «кротом», можно с уверенностью сказать, что на этом съезде деньги Геннадия Семигина победили принципы Геннадия Зюганова. Это — первое. И второе: Зюганов в начале своей статьи «КПРФ — партия социализма и патриотизма», подобно Чикину и Проханову, уверял, что это Кремль внедряет в ряды КПРФ и НПСР «липовых союзников», в том числе и «Крота». Он, видимо, думал, что никто не знает и не ведает, что Семигина «внедрил» в НПСР он сам, причем с грубыми нарушениями Устава, зафиксированными Контрольно-ревизионной комиссией НПСР (письмо ее председателя Милосердова приводилось в этой главе). Но интересно, чьи козни увидит и кого обвинит Зюганов во внедрении «Крота» теперь, когда после всех скандалов и разоблачений съезд — высший орган КПРФ — проголосовал за Семигина и отдал ему 18-е место в центральном списке?
Да, удивительные трагикомедии, переходящие в фарс, сочиняются и разыгрываются на подмостках КПРФ! Какие сценаристы, какие режиссеры, какие актеры! Вот только зритель-избиратель остается в дураках. И поделом: не будь дураком! Как тут не вспомнить гениальное определение партии, сформулированное Джонатаном Свифтом: «Политическая партия — это безумие многих ради выгоды единиц». Английский писатель-сатирик имел в виду, конечно, буржуазные партии, а, естественно, не КПРФ и ее «вождей». И все же, все же, все же...
Формируя НПСР, лидер КПРФ в какой-то мере выполнил задачу, которую в свое время ставили и пытались решить «архитекторы перестройки» Горбачев, Яковлев, планировавшие превратить КПСС в партию парламентского типа, а потом и Ельцин, который в ходе думских выборов 1995 года поручил Ивану Рыбкину сформировать в противовес черномырдинскому «Нашему дому — Россия» оппозиционный блок. Идея лопнула в самом зародыше, и, видимо, потому, что к тому времени в оппозиционность ельцинского прихвостня Рыбкина уже мало кто верил.
