Димка кормит иногда. Все остальное время я пью чай. Постоянно приходится встречаться с разными людьми в моем будущем ресторане. Что за привычка у всех, сразу заказ делать. Место, видимо, обязывает. Не могу же я всем говорить, что у меня деньги кончились. Ресторатор. Поэтому я говорю, что ничего не хочу, и заказываю чай. Он пятьдесят рублей стоит, не беда. К тому же в связи с незначительностью суммы за меня чаще всего платят. Я каждый раз добросовестно достаю свой полтинник, но в его сторону только рукой машут. У меня от такого количества чая скоро водянка начнется.
Гоша, когда узнал, спросил, нужна ли помощь. Я отказалась, но он тоже иногда подкармливает, когда я с Нелькой.
На бензин Ким дал пятьсот рублей.
Все говорят одно и то же — «бывает». Но у меня-то раньше не было!
Я многое поняла. И многих. Прежде всего тех людей, которых раньше понимать отказывалась из своего снобизма. Я осуждала тех, у кого нет денег, и считала их лентяями и безответственными людьми.
Теперь я в их шкуре. Я считаю этот опыт бесценным и благодарна судьбе за то, что со мной происходит.
Хотя лучше бы этот опыт поскорей закончился. Опыты на живых людях запрещены, в конце концов!
А вообще я стала какая-то беззащитная и уязвимая.
Наверно, потому, что я утратила свою мнимую независимость и напрямую стала зависеть от многих людей и факторов.
Поэтому я стала меньше вещать и больше слушать других людей.
В общем, с пользой провожу время.
Вот уж кто настоящий инопланетянин, так это Ким. Ким — это фамилия, а зовут его Володя. Он даже внешне плохо замаскировался, похож на корейца. У него идеальная фигура — складная, пропорциональная, гармоничная, но чуточку уменьшенная. Процентов на двадцать. Где-то там, в небесных сферах, не подрассчитали. О чем они думают вообще?!
Ким тоже не приспособлен к выживанию. Слишком добрый и вежливый. Он всегда помогает всем, кто его об этом просит, поэтому просьбы сыплются как из ведра. Нужно ли мне что-то объяснять еще?
Мне он чинит компьютер и обновляет антивирусные программы. Всем моим технически тупым подругам тоже. Когда он улетает по делам в Баку, компьютеры ломаются и мировой прогресс останавливается.
Когда он приезжает, мы наперебой хвалим его. Нам хочется, чтобы он продолжал чинить компьютеры. Кроме того, мы его любим и хотим сделать ему приятное.
Например, постоянно пытаемся контролировать его личную жизнь. Нам кажется, что он должен немедленно докладывать нам о своих новых девушках. Чтобы они прошли наше одобрение. Очень хочется, чтобы у Кима была хорошая девушка, и мы почему-то думаем, что нам виднее, какая из них ему подходит. Так мы проявляем свою заботу о нем. А Ким снисходительно позволяет нам ее проявлять и послушно показывает фотографии своих пассий.
Ким — наименее бросающаяся в глаза, но максимально постоянная величина в моей жизни. Один из тех мудрецов, чье мнение мне важно на уровне принятия решений.
Когда-то, когда я его знала совсем немного, мы вдвоем разговаривали про третьего человека, взбалмошного и эгоистичного. И Ким сказал в оправдание ему:
— Ну как же он может быть целостной личностью, в нем слишком мало любви к себе. Он не любит себя и поэтому, конечно же, не может любить нас.
Я первый раз видела, чтобы взрослый мужчина сказал об этом вслух, без пафоса и настолько серьезно.
Тогда я стала его разглядывать и нашла еще много разных больших и малых несоответствий.
Он грустный человек, несмотря на то что много улыбается и смеется. И грустным быть не перестанет никогда. Это фатально.
Едем в машине. Я, Нелли и Рома, мой бывший сокурсник. Обсуждаем интерьер ресторана. Я делюсь некоторыми идеями, связанными с раскруткой и управлением.
Есть хочется. Начинаем считать деньги. Маловато. У Нельки в этот раз больше. Тут она говорит:
— Я тебе пятьсот рублей должна.
Я радуюсь как ребенок. Какая радость, жизнь налаживается. На заправку целая куча денег остается.
Главное, не гонять пока, а то у меня на оборотах 2,7 включается турбина, и весь бензин в этот момент заканчивается.
Рома начинает ржать.
— Отлично, — говорит, — вы, девушки, выступаете. Только что об управлении рестораном разговаривали, а у самих на еду денег не хватает.
Действительно, ситуация еще та. Ничего, когда ресторан откроем, наедимся. И весь город по МКАД пять раз подряд объедем со страшной скоростью.
Нелли десантируется из авто первая, а Рома, прежде чем выйти из машины, предлагает мне триста долларов в долг.
— Надолго не могу, к сожалению, — чуть ли не извиняясь, говорит он, — на две недели.
Я беру деньги и, когда он выходит из машины, плачу. От избытка чувств.
Как странно. Мне действительно помогают люди. Рома, с которым мы видимся раз в полгода. Гоша, которого я знаю меньше месяца. Леха-партнер. Нелли, с которой я раньше никогда не дружила, Ким. Настюха. Несколько человек из Перми. Еще другие люди.
Совсем не те, вместе с которыми я много лет большими ложками ела соль из мешков.
Тем не менее придется занимать. Телефон, Интернет, квартира и бензин — вот вещи, без которых моя жизнедеятельность прекратится.
А когда квартиру снимаешь, надо еще риелтору платить и депозит.
