— Женатого, — уточнил, перебив, Андрей.
— Да, и что?
— Ничего. Я подожду.
— Чего?
— Пока ты поумнеешь.
— Да я вроде и так не дура.
— Дура, конечно. Нет у тебя вариантов. Он-то точно жену не бросит. — Даже влюбленный, Савельев не терял своей принципиальности и остроты языка.
— Не твое дело, — окрысилась Ленка.
— Пока нет.
Не обескураженный отказом Савельев поставил себе жизненную цель. По всем правилам, написанным в учебниках по менеджменту. Не удивлюсь, если он план действий набросал, как анализатор высшей пробы. Продекларировал цель Ленке.
— Любовь, Андрюша, все-таки не та сфера жизни, где требуется целеполагание, — удивилась Лена.
— Кому как, — пожал плечами Андрей.
И начал за ней ухаживать.
Колбасило их долго. Не день и не два. Шли месяцы и даже годы. Лена то уходила от своего женатого возлюбленного, то возвращалась. То подавала Андрею надежды, то посылала далеко-далеко. То проявляла такт и заботу, то вдруг начинала нагло использовать его. Андрей позволял ей это делать, осознанно и не теряя своей легендарной осанки.
Наша дружная группа не теряла их из виду.
— Отступись ты уже, — уговаривали многие Андрея, — не полюбит же она тебя по заказу. Не бывает так, что не любила, не любила и вдруг полюбила.
Этот упрямый человек никого не слушал. Плевал он на законы жизни.
Я не отговаривала. Я была уже два года влюблена в человека, с которым виделась почти каждый день на работе. Наши отношения были прозрачны. Любить молча я не умею. Обычно об этом знает весь белый свет, включая объект любви. Поэтому иногда я плакала у него на груди. Он, жалея меня, гладил по спине и говорил: «Наташка, ну что мне делать, ну не могу же я себе укол какой-нибудь поставить! Укололся и полюбил. Я бы и рад, но не придумали еще такого лекарства».
Что со мной делать, он не совсем понимал. Но вел себя честно, надежд напрасных не подавал. Я же, чуть не научившись благодаря ему любить безусловно, тем не менее надеялась на лучший исход. Моя упертость никак не позволяла мне отступиться. Поэтому я за телодвижениями нашей легендарной парочки следила особо пристально.
Вдруг Ленка переехала к Андрею жить. Мы все замерли, словно в финальной сцене «Ревизора», — от неожиданности и изумления. Пожужжали, как пчелиный рой, и стали наблюдать.
Ситуация стабилизировалась, мы некоторое время порадовались за них, и постепенно разговоры завяли. Все начали привыкать к тому, что они семья.
Вдруг моя домработница Нина, которая в разные дни недели прибирается у кучи моих друзей, в том числе и у Савельева, говорит мне:
— Наташа, ты знаешь, что Лена уехала от Андрея?
— Как уехала?! Когда?
— Не знаю, два дня назад еще была, а сегодня ни одной вещи! Хоть бы баночка какая с кремом осталась!
Ну и ну.
Естественно, этим дело не закончилось. Они переезжали туда-сюда бесконечное количество раз. Сходились — расходились. Ссорились — мирились. Даже стойкий Савельев умудрился однажды вернуться к своей бывшей девушке. На некоторое время. Видать, и у него были периоды веры и периоды отчаяния. Мы в конце концов и переживать от всего этого перестали. Сколько можно. Нина только информировала:
— Есть баночки. Нет баночек.
Мы привычно ходили к ним в гости. То к обоим сразу, то по отдельности.
Однажды мы большой компанией пришли к Андрею на день рождения. Ровно в очередной период перемирия. Сидели мы в связи с переполненностью помещения кто на ком. Болтали, смеялись, вспоминали былое.
— У нас новость, — заявил Андрей.
— Ну? — навострили мы уши.
— Мы решили пожениться.
— Когда успели?
— Сегодня.
Я серьезно думаю, что это был самый лучший именинный подарок за всю Андрюхину жизнь.
Его суровая физиономия потеплела. Маленький же белобрысый сучонок сидел с взволнованным видом и молча наблюдал за произведенным эффектом.
Эффект был действительно неслабый. Нам всем сразу захотелось плакать от умиления. Вместо этого мы выпили и закусили.
На свадьбе было две «Лидерских программы». Андрюхина и наша с Ленкой.
Мы сидели за двумя разными столами и соревновались, кто оригинальнее поздравит легендарную парочку.
Когда пришла моя очередь говорить тост, я, естественно, тут же начала лить слезы. То, что происходило в данный момент, было слишком важно для меня.
Я честно сказала об этом. Сказала очень красиво. О том, что для меня эта свадьба является доказательством того, что даже самые безумные мечты сбываются, если у тебя есть архиважная цель и ты к ней настойчиво идешь по пути побед и поражений. Не сворачиваешь. Не сдаешься. Не ищешь компромиссов. Счастье и любовь ждут нас в конце этого странного пути.
Договорила и пошла целовать взволнованных происходящим молодоженов. Ленка сидела вся в слезах.
