Ну прикинь, если столько грозы и громов в животишке твоем, так подумай,Как чудовищно воздух безмерно большой и бурчит, и гремит, и грохочет.
Стрепсиад
Все понятно теперь, так от ветра, от туч говорят у нас: ходим до ветра.Ну, а молнии ярко горящий огонь, объясни мне, откуда берется?Попадет и живого до смерти спалит или кожу, одежду обуглит.Ну не ясно ль, что молнии мечет в нас Зевс в наказанье за лживые клятвы?
Сократ
Об одном бы подумал ты, старый дурак, суеверия глупого полный!Если мстит за присягу подложную Зевс, почему ж не сожжен еще Симон?Почему не сожжен Клеоним и Феор? Ведь они ж под присягою лгали.Почему он сжигает свой собственный храм и «вершину афинскую» — Суний,И вершины высоких дубов? Для чего? Ведь лгунов средь дубов не бывает.
Стрепсиад
Что ответить, не знаю. Пожалуй, ты прав. Расскажи мне, в чем молнии тайна!
Сократ
Если ветер сухой поднимается вдруг и взлетает в небесные выси,Облака надувает он, словно пузырь, а затем, под давлением силы,Разрывает пузырь, клокоча и свистя, вылетает с неистовым шумом,От напора, от натиска в пламенный столб обращается он и сгорает.
Стрепсиад
Зевс свидетель мне, то же случилось со мной на Диасиях[188] нынешних. Помню,Колбасу кровяную я жарить взялся для родных, да забыл ее взрезать.Тут надулась она, стала круглой, как шар, и внезапно возьми да и лопни!Все глаза залепила начинкою мне и сожгла, словно молнией, щеки.
Корифей
Человек! Пожелал ты достигнуть у нас озарения мудрости высшей.О, как счастлив, как славен ты станешь, старик, среди эллинов всех и афинян,Если тщателен будешь, прилежен в труде, если есть в тебе сила терпенья,И, не зная усталости, знанья в себя ты вбирать будешь, стоя и лежа,Холодая, не будешь стонать и дрожать, голодая, еды не попросишь,От пирушек уйдешь, от гимнасий сбежишь, не пойдешь по пути безрассудства;И за высшее счастье одно будешь чтить, как и следует людям разумным:Силой речи своей побеждать на судах, на собраньях, в советах и в спорах.
Стрепсиад
Что терпенья касается, твердой души и бессонных раздумий в постели,Воздержанья во всем, в животе пустоты, на воде и на хлебе сиденья,Будь уверен во мне! Чтоб до цели дойти, на себя дам ковать я оковы.
Сократ
И не будешь иных ты богов почитать, кроме тех, кого сами мы славим:Безграничного Воздуха ширь, Облака и Язык, — вот священная троица!
Стрепсиад
И словечка другим я теперь не скажу, даже если на улице встречу.Им молиться не буду, вина не пролью, фимиама ни крошки не кину.
