Жарко было в тот день, а время уж близилось к полдню.Поразморило меня, и на постель я прилёг.Ставня одна лишь закрыта была, другая — открыта,Так что была полутень в комнате, словно в лесу, -Мягкий, мерцающий свет, как в час перед самым закатомИль когда ночь отошла, но не возник ещё день.Кстати такой полумрак для девушек скромного нрава,В нём их опасливый стыд нужный находит приют.Вот и Коринна вошла в распоясанной лёгкой рубашке,По белоснежным плечам пряди спадали волос.В спальню входила такой, по преданию, СемирамидаИли Лайда, любовь знавшая многих мужей...Лёгкую ткань я сорвал, хоть, тонкая, мало мешала, -Скромница из-за неё всё же боролась со мной.Только, сражаясь, как те, кто своей не желает победы,Вскоре, себе изменив, другу сдалась без труда.И показалась она перед взором моим обнажённой...Мне в безупречной красе тело явилось её.Что я за плечи ласкал! К каким я рукам прикасался!Как были груди полны — только б их страстносжимать!Как был гладок живот под её совершенною грудью!Стан так пышен и прям, юное крепко бедро!Стоит ли перечислять?.. Всё было восторга достойно.Тело нагое её я к своему прижимал...Прочее знает любой... Уснули усталые вместе...О, проходили бы так чаще полудни мои!<p>"Значит, я буду всегда виноват в преступлениях новых?.."</p>
