Однако между проповедью моральных устоев и их осуществлением у Сенеки есть определенные противоречия. Осуждая стремление к богатству, Сенека сам накопил огромные богатства, которые оценивались в 300 миллионов сестерций (150 миллионов рублей золотом). Оправдание своей непоследовательности, о нападках на которую он упоминает в трактате «О счастливой жизни», Сенека находит в компромиссе: мудрец не стремится к богатству, не отдает ему своей души, но и не отказывается от него и предпочитает его бедности.
Призывая, согласно Эпикуру, к уходу в частную жизнь, Сенека сам стремился к власти, оправдывая это тем, что мудрец должен следовать только добродетели, и тем это почетнее, чем труднее, поэтому ему и надлежит служить при дворе тирана...
Такая же непоследовательность наблюдается и в отношении Сенеки к народу. В трактатах «О благодеяниях», «О гуманности» он рисует идеал «просвещенного монарха», опирающегося на народ, а вместе с тем к толпе он испытывает презрение и выражает настроение высших кругов рабовладельческого общества. Недоверие внушают и его мысли о равенстве всех людей между собой. В «Письмах к Луцилию» (47-е письмо) он говорит:
«Я... узнаю, что ты обходишься со своими рабами как с близкими. Так и подобает при твоем уме и образованности. Они рабы? Нет, твои соседи по дому. Они рабы? Нет, твои сотоварищи по работе, если ты вспомнишь, что и над тобой, и над ними одинакова власть фортуны» (Ошеров). Вместе с тем в консульство Сенеки по отношению к рабам применялись самые жестокие наказания. Из всех его афоризмов самыми искренними можно признать те, в которых он выражает свое презрение к смерти. «Гораздо опаснее жить дурно, чем умереть славно», — говорит он. Личным примером он доказал, что не испытывал никакого страха перед смертью.
Несоответствия между проповедью, образом жизни и действиями Сенеки объясняются сознательным эклектизмом его философии.
Все философские сочинения Сенеки имеют дидактический, воспитательный характер. Легко запоминающиеся короткие сентенции, выраженные образным языком, антитезы, парадоксы, преувеличения составляют особенность языка философских сочинений Сенеки, особенность созданного им нового стиля.
г) Поэтические произведения
Из поэтических произведений выше упомянуты эпиграмма, сатира «Отыквление» и 10 трагедий, написанных в духе приподнято-риторического, так называемого «Нового стиля», характерного для Сенеки. Дошедшая до нас сатира на смерть императора Клавдия «Отыквление» представляет собой ядовитую пародию на принятый обычай обожествления императоров после их смерти. В «Отыквлении» автор рисует превращение Клавдия не в бога, а в тыкву, символически обозначающую глупость. Этот памфлет был написан Сенекой в угоду Нерону и написан в духе древнего киника Мениппа прозой, смешанной со стихами разных размеров, причем автор остроумно использовал цитаты из Гомера, Еврипида, Вергилия и других. Действие происходит на небе, на земле и в подземном царстве. Описание последних минут пребывания на земле Клавдия, умирающего от болезни желудка, носит комический характер. На небе обожествленный Август на пародийном заседании сената богов произносит речь с перечислением всех злодеяний комически представленного Клавдия, издевается над его речью, его внешним видом. Клавдий признан виновным и должен отправляться в подземное царство. По пути Клавдий пролетает над землей, видит свои собственные похороны, которые всех привели к вострог. В подземном царстве Эак обвиняет его на основании закона об убийцах и по примере Клавдия выслушивает только одну сторону. Клавдий присужден к бесцельному труду — собирать кости в стакан без дна.
д) Трагедии.
Таким же моралистом, как в философских трактатах, выступает Сенека и в своих трагедиях. Все они, за исключением одной «Октавии», написаны на мифологические темы, использованные в творчестве греческих трагиков. Однако сюжеты трагедий у Сенеки получают своеобразную разработку, так как действительность эпохи Нерона наложила на них свою печать.
Трагические сцены принимают в пьесах Сенеки уродливые формы, особенно при изображении убийств, преступлений или проявления жестокости.
В трагедиях также высказываются взгляды в духе стоической морали и ощущается отношение автора к императорскому режиму. Так, в трагедии «Агамемнон» Сенека устами хора прославляет простую жизнь. «В скромном быту долговечнее жизнь, и счастлив тот, кто затерян в толпе». Этот основной мотив повторяется и в других трагедиях («Федра», «Фиест», «Эдип» и др.) В противоположность скромной незатейливой жизни в трагедиях осуждаются пресыщенность богатых и власть тиранов. Нет справедливой царской власти, когда «и правда, и стыд, и брачная верность бегут из дворцов» («Агамемнон»). Никто не выдерживает долго власть, основанную на насилии, а умеренная власть остается («Троянки»). Мысль о судьбе, смерти, самоубийстве преследует Сенеку также в трагедиях. «У человека можно отнять жизнь, а не смерть», — говорит Эдип («Эдип»).
