Античный мир «Игры престолов» полностью

Древние специальные термины, особенно те, что дожили до настоящих дней, не полностью совпадают с современным использованием, и у них слабая параллель с Вестеросом. Например, аристократия для нас означает скорее социальный класс, нежели моральное достоинство, и в основном связана с происхождением и отношением к короне (или другому источнику власти). Говоря «демократия», мы подразумеваем в общем и целом, что исполнительная власть осуществляется и устанавливается избираемыми должностными лицами и теми, кого они назначают и утверждают. В любом случае мы ожидаем, что будут действовать некоторые правила: что избираемое правительство уйдет в отставку по истечении срока, что оно будет должным образом управлять ресурсами государства и прислушиваться к мнению большинства, высказываемого с помощью референдума, СМИ или свободного протеста. Мы также ожидаем свободу слова в выражении мнения о власти или, в ином случае, защиту от политических, юридических и финансовых притеснений. Прежде всего, мы ожидаем наличие того, что в Греции называлось isonomia: равенства всех перед законом. У греков, однако, эти условия соблюдались частично: демократия означала прямое представление народа народом, где должностные лица избирались большинством, с обязательным участием в государственных делах, включая решения по фискальной политике, военные вторжения и проведение религиозных обрядов. Республиканская форма правления, которая в древности воспринималась как аристократическая, навязывала прослойки избираемых государственных деятелей, работавших от имени народа, в то время как тирания подразумевала лишь одного управленца, который убедил людей передать ему суверенную власть (хотя в античном толковании у тирана обычно были приспешники и другие бесчестные представители, равно и напуганные, покорные придворные). Другими словами, в отличие от устоявшихся государств в XXI веке, древние государства не отличались стабильностью и, таким образом, постоянно были заняты объединением и обеспечением хоть какой-то стабильности по мере своих возможностей. Фактически, Римская империя считается выдающейся именно благодаря продолжительности ее существования, при том что претерпела всего две фундаментальных перемены режима за свою тысячелетнюю историю.

Взгляд Полибия на конституционные изменения, очевидно, не является нейтральным, и даже его идеализированное отношение к Римской республике в качестве смешанной формы правления не скрывает заметной отсылки к тому, что фактически является аристократическим правлением. Конечно, само слово «аристократия», или «правление лучшими людьми», уже подразумевает доминирующую позицию образованных и зажиточных людей. Но в древности часто велись дебаты в более или менее стилизованных форматах о достоинствах различных систем правления. Одни из ранних споров есть в работе Геродота о предыстории Персидской войны, в которой он углубляется в истоки Персидской империи, чтобы проиллюстрировать ее определяющие отличия от греческой культуры. В этой конституционной дискуссии персам предоставляется возможность самим выбрать форму нового режима. Монархия предлагает лучшего правителя, аристократия – лучшее оружие против коррупции, а демократия сулит равенство перед законом, но в итоге монархия побеждает, потому что является традиционной формой правления в Персии, и, как спрашивает Дарий, почему персы должны менять то, что так хорошо работало до этого?[39] Действительно, монархия часто выходит на первые места в подобных спорах, даже в удивительных контекстах: Сципион Эмилиан, например, признавал ее идеальной формой правления, несмотря на приверженность идеологии республики без монархии.