Мозг стал работать в экстремальном режиме, словно некий внутренний оператор щелкнул переключателем на пульте. Вопросы стремительными стрелами летали в сознании. Ответы тоже следовали молниеносно. Противник зафиксировал его присутствие? Да, гарантированно. Противник готов к немедленному силовому противодействию? Да, несомненно. Возможно ли разделение группы противника? Да, вероятно. Самое главное, от чего зависит тактика ближайших минут невероятно растянувшегося времени (Митин готов был поклясться, что в такие мгновения оно замедляет свой бег), связано с психологическим фактором. Он должен понять, что выберет противник в крайнем случае, что сделает для себя базовой задачей: возможность спокойно уйти или неминуемое столкновение, поскольку шансов на мирное разрешение конфликта нет. В данном случае Митин мог только кинуть фишки на игральный стол. Пятьдесят на пятьдесят…
Он оглянулся назад, пытаясь определить, готовы ли бойцы к огневому контакту. Митин колебался, не подозревая, что Юг, находящийся вместе с Востоком в дозоре на небольшом возвышении в ста пятидесяти метрах от Митина, обнаружил появление врага уже через две минуты после того, как командир незаметной тенью выскользнул из бункера. За густой завесой листвы солнечный луч поймал блеск металла, который на секунду сверкнул яркой искрой (это допустил оплошность Берк, когда занимал наблюдательную позицию у выхода из тоннеля).
Сжимая в руке «Грозу», Юг отполз на несколько метров назад в густые заросли терновника и указал Востоку местонахождение противника. Восток, уже получивший по рации немое сообщение от Митина, связался с Западом:
– Боеготовность номер один, дичь по курсу.
До начала вооруженного столкновения оставались считаные минуты…
Джордж Хантер, командир резервной группы, терпеть не мог Томсона. На это, по его мнению, имелись веские основания. Во-первых, Томсон был русским. А ненависть ко всяким иммигрантам переполняла Хантера с раннего детства, ведь он вырос в районе, где было многих цветных. Конечно, внешне Томсона не отличишь от самого обычного белого американца, но стоит ему заговорить – и кое-что начинаешь понимать. Язык правильный, стерильный, как у англичанина. Минимум сленга. Не свой парень, короче говоря. Sure?
Но с этим можно было еще как-то примириться. Как-никак у Хантера во время одного пакистанского рейда напарником оказался натуральный индус. Как выяснилось, отличный боец. И что важно – никогда не пытался демонстрировать свое превосходство, хотя владел тактикой действий коммандос гораздо лучше Хантера. Но не так ведет себя этот проклятый русский! Они ровесники, имеют одинаковые воинские звания, примерно равное количество лет прослужили в армии, участвовали в сложнейших операциях, возглавляя собственные группы. Почему бы Томсону теперь не учитывать это при планировании дальнейших действий? Нет, он взял за правило всеми возможными способами показывать свое мнимое лидерство!
Была еще одна причина для ненависти. Полковник Меллоу в последнее время явно благоволил русскому. Уже в течение двух лет направлял его командиром в безопасные, совершенно пустяковые рейды, а потом ставил всем в пример как лучшего спеца отдела. И вот на сей раз свершилось – Хантер должен стать прямым подчиненным Томсона! Вопиющая несправедливость. Sure?
Не без злорадства Джо отметил, что парень в самом начале допустил серьезную ошибку. Это же надо! Не ликвидировал «языка», который при неблагоприятных обстоятельствах способен навести на след группы местных «волкодавов». Если бы Хантер не боялся того, что его резервный отряд тоже смогут легко взять, он бы спокойно сидел на окраине поселка и ждал возвращения команды Томсона, потирая руки в предвкушении того эффекта, который произведет на руководство отдела его рапорт, подробно описывающий оперативные прегрешения майора…
Но почему-то Хантер весь день испытывал возрастающее беспокойство. Что-то происходило не так. Сидя вместе с тремя бойцами в зарослях акации неподалеку от поселка, он нервно курил омерзительные сигареты местного производства и пытался понять, как Томсон решает поставленную задачу. Его беспокоила российская антидиверсионная группа. Судя по той отработанной технике, которую она продемонстрировала у реки, уровень подготовки бойцов был необычайно высоким. Хантер не мог поверить, что противник купился на отвлекающий маневр. Значит, скорее всего отряд вернулся на Полигон и целенаправленно ищет Томсона. Именно поэтому Хантер был совершенно убежден в том, что Томсон фактически совершил преступление против группы, отпустив полковника.
Интуиция у Хантера работала великолепно. В этом отношении он нисколько не уступал Томсону. Да и опыта непосредственного участия в сложнейших операциях ему было не занимать.
