Антигония. Роман полностью

Таков был мой гость… Мы проводили вместе уже вторую неделю, проедая мои деньги… В такси, в ресторанах, в магазинах я доставал бумажник и расплачивался, почему-то не решаясь признаться в том, что мои заработки не так уж велики… и даже уже не оспаривал своей барской привилегии платить за всё и за всех подряд… Так было проще… В конце концов, редко платит тот, кто должен или у кого больше. Скорее тот, кому легче заплатить. Закон прост, как архимедов, и он распространяется на людские отношения… Это и есть тот регулятор, который не позволяет богатому обобрать окружающих до последней нитки, бедному обнищать до утраты чувства собственного достоинства, глупому стать круглым идиотом, а человеку безнравственному ― превратиться в откровенного кровопийцу… Если бы не этот таинственный регулятор, являющийся, по-видимому, производным от хаоса и от законов, которым хаос подчиняется, мир давно бы лопнул, как мыльный пузырь, не выдержав адской совокупности людского эгоизма…»

Некоторые строки, помимо того, что они упрямо напоминали мне о наших дискуссиях во дворике пирьякской виллы и представляли собой перефразирование моих высказываний, хотя и освещали события в искаженном свете, не могли не наводить меня на печальные размышления о тщетности любой словесной аргументации в свою защиту, и сколь бы она ни выглядела неопровержимой, искренней. По большому счету словам наверное вообще никто не верит. А тем более словам, претендующим на искренность. Одна шелуха. До смысла не докопаешься. Нет, в словах нет ничего изначально тотального и абсолютного. Лишь одна утлая условность…

Возможны ли по-настоящему дружеские отношения между людьми, посвящающими себя творческим профессиям? Возможны ли настоящие, так называемые интеллектуальные отношения между мужчинами? Между людьми вообще? Вот о чем я спрашивал себя в тот миг и вот от чего вдруг приходил в отчаяние. Простых и ясных ответов не было и быть не могло. Ведь мир окружающий будет в большем выигрыше, говорил я себе, от нашей неудовлетворенности, от разочарованности в себе и даже от недоумения, которое мы можем испытывать перед самыми простыми вещами. Всё это охлаждает в нас никчемный пыл, ревность не по разуму. Ведь телячий восторг, того и гляди, подтолкнет к невоздержанным действиям. А действия приведут к неизбежным промахам…

Затем я наткнулся на самое пикантное. Передо мной было подробное описание наших совместных пирьякских приключений. Художник Ху совершал поездку на пару с русским приятелем, приехавшим его, уже больного, навестить. Здесь у Хэддла и подавно всё было полным перевертышем: