Я немного не понимала, что это такое и как работает, а потому растерянно посмотрела на лорда Дмитрия в надежде, что мне, такой необразованной в магическом мире, хоть что-нибудь объяснят.
— Сейчас лорд Фергюсон озвучит то, что нужно говорить прессе, а всё остальное нельзя будет никому сообщать. Магическая клятва не позволит это сделать.
— А как же мои близкие? Они должны знать, что произошло и откуда может грозить опасность!
— Тогда во время клятвы об этом нужно будет сказать лорду Фергюсону — он принимает данные решения.
— Почему ему? Он кто?
Но ответа я так и не получила. Дмитрий только загадочно улыбнулся и погладил успокаивающе по руке.
Ждать итогового решения пришлось недолго, ибо оно в большой фантазии и не нуждалось: произошёл несчастный случай с графом Елагиным и он, перебрав алкоголя, свалился с террасы, сломав шею. Теперь на доме герцога Варелли траур.
Особо упоминать про герцогиню Варелли не стали, только то, что позже сообщат прессе — она отправилась в путешествие поправлять пошатнувшееся здоровье. И ведь ни слова неправды! С психическим здоровьем у неё реальные проблемы!
— И что с ней будет дальше?
Задала этот вопрос потому, что для меня эта сумасшедшая женщина точно опасна. Но для аристократок наказание было всегда весьма условным, если бы была обычной госпожой — просто пожурили, и всё. Её бы не наказали даже за нападение и покушение на мою жизнь, всё же я мелкая баронесса. Титул хоть и наследный, к наличию земель не привязан, но по сравнению с герцогами — очень низкий. Может быть на это она и рассчитывала, что даже если станет всё известно — я, по сравнению с ней, — никто. А вот за покушение на жизнь высшей аристократии, в ряды которой входил герцог Леннон, ещё и советник Императора… никто просто так ей не спустит на тормозах. И это оказалось именно так. Всё верно, к аристократам судебная система очень мягка, а вот к обычным людям — ни капли!
— Больше вы о Гортензии никогда не услышите, — заверил меня лорд Фергюсон, — Она будет лишена титула и сослана в деревню на край Шамбалы. Там за ней будут присматривать и если она станет опасна для окружающих, то для неё будет избрана высшая мера, та, что назначают обычным преступникам.
Ого! Считаю ли я это неправильным и слишком жестоким? Нет, конечно! Она это полностью заслужила своими действиями. Жалко ли мне её? Нет! Она меня не жалела, когда травила собаками, так и мне жалеть не о чем.
Магическую клятву давала тоже лорду Фергюсону, как и предупреждал лорд Уинстон. И только я одна. Остальные, видимо, по службе имеют доступ к подобной информации.
Ничего особенного в самом процессе не было. Только артефакт довольно крупного размера, положив руку на который я произнесла слова обещания, сразу же указав на исключения. На моём запястье вспыхнул тонкий ободок браслета из мелких цветков незабудок, а потом словно растворился в воздухе. Меня предупредили, что никаких наказаний за мою «болтовню» не будет — просто я не смогу рассказать и всё. Спасибо и на этом! Тем более, что со стороны, никто из посторонних этой магической татуировки не видит. Разве только сильный маг, что её накладывал, либо более слабый, но при наличии специального артефакта. Как я понимаю из-за этого здесь и появился лорд Фергюсон, а не только из-за опекунства над невестой Императора. Она — лишь предлог…
И вообще, я очень устала и попросилась домой — всё же уже выяснили, проведя расследование, и даже раскрыли преступление, а преступницу арестовали — хвала и честь Тайной Канцелярии! Лорды задерживать меня не стали и быстро распрощались.
Дмитрий проводил до выхода и попросил разрешение навестить в ближайшее время. Дала согласие. Всё же мы очень сблизились сегодня, стоя плечом к плечу в этой битве.
Кристиан сказал, что всё ещё ожидает моего согласия на свидание. Я отшутилась. Одни лорды поскрипели зубами, другие тихо поржали. Хозяин дома задумчиво цедил коньяк и ждал Императорского лекаря, а я попросила позвать Лилию и принести мой плащ.
Ура! Уезжаю!
Принесли тёплый плащ. Подали карету. Жан-Клод лично проводил нас с Лилией до гостиницы. Был вежлив, но молчалив и задумчив всю дорогу. Тяжело ему далась «измена» супруги. А при прощании сказал:
— Мне жаль, что ваш первый выход в свет омрачился таким событием. И в этом есть моя вина. Разрешите навестить вас по возможности?
Дала согласие. Ну, а что⁈ Он действительно интересный мужчина. Пусть и с прицепом в виде детей, экс-жены и выводком весьма властных и почти не поддающихся дрессировке родственничков.
Оказавшись в холле и без лишних ушей, при свете слабенького осветительного маг-артефакта, Лилия не выдержала:
— Нора, что случилось? В официальную версию про пьяного графа, которую нам озвучили, я не поверю никогда! Было покушение? На кого? И почему ты в другом наряде, без причёски и макияжа?
— Всё уже закончилось, но давай свой рассказ я поведаю утром за завтраком и сразу всем? Просто сейчас эта информация ничего нам не даст, а мы обе не только взволнованы, но и очень устали.
Она нерешительно помялась, но согласилась.
— Хорошо!
