Ксения опустилась на деревянный диван и провела некоторое время в одиночестве. Вскоре она различила слабый шорох по другую сторону высоких перил, отделяющих террасу от зарослей недавно отцветшей сирени.
- Ты, Марфуша? - спросила она шепотом и, не дожидаясь ответа, протянула руку маленькой шустрой девушке в пестром сарафане, которая ловко перебралась через перила и спрыгнула на террасу.
- Я, барышня, я, - прошептала, слегка задыхаясь, Марфуша, горничная и первейшая подруга Ксении. Причем об этой последней роли Наталья не догадывалась, а девушки старались держать в тайне от чрезмерно строгой барыни свои дружеские отношения.
- Узнала что-нибудь? - прошептала не менее торопливо Ксения и испуганно оглянулась на чернеющие за спиной двери в столовую.
- Все, все прознала, барышня! - Марфуша почти прильнула к ее уху. Евсей, как приказывали, поспрошал у ихнего старшего конюха, что к чему. И тот все обсказал, что ему самому известно... - Девушка смущенно хихикнула. Только Евсейка, окромя вашего пятака, с меня тоже плату затребовал. Говорит, поцелуй в уста, а то ни в жисть ничего не узнаешь.
- И что ж, поцеловала?
Марфуша в деланом смущении отвела глаза.
- Пришлось, барышня, ведь он, идол проклятый, если сказал, что не скажет, то и взаправду не скажет, даже на дыбе молчать будет.
- Ну и как, сладко?
- Ой, сладко, барышня, дюже сладко! - Марфуша почти уткнулась носом в ее ухо и едва слышно прошептала: - Он потом меня на сеновал звал, но это уж совсем баловство! Я пригрозила ему, что непременно вам пожалуюсь, а он... он...
Девушка покраснела и отвернулась. Ксения взяла ее за подбородок и развернула к себе лицом.
- И что же он?
Марфуша закрыла лицо руками и смущенно выпалила:
- А он, собачий сын, заржал, что тот жеребец, и говорит, его, дескать, и на барышню, то есть на вас, хватит, конечно, если попросите. А то ему жалко, что такая краса на корню засыхает.
- Твой Евсей дождется, что я самолично оттаскаю его за чуб или прикажу конюху солеными розгами по одному месту отходить. Тогда посмотрим, чья красота раньше времени засохнет.
- Да ну его, охальника! - махнула рукой Марфуша. - Лучше слушайте, чего я вам скажу...
Прижавшись друг к другу, девушки некоторое время о чем-то возбужденно шептались, изредка смущенно пересмеивались, а то вдруг прыскали в ладонь или, забывшись, принимались смеяться во весь голос, но тут же спохватывались, испуганно озирались по сторонам и опять переходили на шепот.
- Вот и все, что Евсейка сумел узнать, - Марфуша весело подмигнула Ксении. - Особливо, говорит, второй барин, приятель князя, ему показался. Резвый и веселый, а красавец из себя, каких поискать! Князь тоже ничего из себя, но суров и молчалив, верно, как ваша сестрица, барышня?
- Ну, ты и придумала, - рассмеялась Ксения, - нашла с кем Наташу сравнить! Он небось усатый да бородатый?
- Насчет бороды не ведаю, про то Евсей не сказывал. Усы, говорит, у князя есть, а у второго барина напрочь отсутствуют. Без усов-то, барышня, лучше, не колются, стало быть, когда целуешься! - Марфуша мечтательно закатила глаза, но не выдержала и прыснула в ладонь. - У Евсейки что усы, что боро-дища, как щетина у кабана, жесткие да колкие.
- Так не водись с ним, раз уколоться боишься.
- Так люб же он мне, барышня, хотя и варнак, каких еще поискать, протянула жалобно Марфуша и сконфуженно улыбнулась. - Он меня сватать по осени хочет, ежели, конечно, барыня позволит. - Девушка с мольбой посмотрела на Ксению. - Как вы полагаете, не будет она противиться, если я за кузнеца пойду?
- Я попробую с ней поговорить заранее, конечно, если твой Евсей за ум возьмется. Наташа уже сама думала о том, чтобы женить его поскорее, а то слишком много воли ему дали, избаловался, нахальничает, насмешничает без меры.
- Непременно поговорите, барышня, непременно! - всполошилась Марфуша. А то подберет ему барыня в наказание вдову с кучей детишек, а мне что ж, топиться тогда в озере?
- Ну, уж так сразу и топиться? - Ксения дернула подругу за косу. Будто на твоем Евсее свет клином сошелся.
Марфуша сердито фыркнула и, освободив косу, перекинула ее на грудь.
- Когда сами полюбитесь, поймете, что значит сохнуть по дружку, на свиданки тайные к нему бегать... - Она порывисто вздохнула и обняла Ксению. - А как за руку-то друг сердешный возьмет, как в глаза глянет, про все на свете забудешь, за ним хоть на край свет пойдешь!
- Прямо-таки на край света? - рассмеялась Ксения.
- А вот посмотрим, барышня, что вы запоете, когда голову потеряете. И чует мое сердце, не уйти вам от этого, ни за что не уйти! Больно уж приятель у князя хорош! Голубоглазый, кудрявый! Евсей говорит, огонь, а не барин! И посмеяться всласть любит, как и вы, барышня! Вот бы вам познакомиться!
- Да куда уж мне! - вздохнула Ксения. - Наташа не позволит...
- А мы ей и докладывать не будем, - торопливо зашептала Марфуша, не забывая озираться по сторонам. - Завтра вроде вам позволено за ограду выехать?
- Позволено! - выдохнула Ксения. - Наташа в Матуриху на выпаса отправляется, так что до обеда ее не будет.
