Каждый поступок, совершенный в гневе, означает открытие собственного лицевого счета в аду! Осуждая кого-то, говоря про кого-то плохое, мы становимся слугами тьмы.
Самое тяжелое, то, что требует труда, усилий души, разума, духа, – это простить. Понять и простить.
Иисус-то отдал свою единственную жизнь ради отпущения грехов людей! Давайте же и мы простим друг друга…
Человеку не дано права судить – это территория Господа Бога! А тот единственный, кто осуждал Божий промысел, впоследствии стал падшим ангелом!
А теперь сделайте мне одолжение, пройдитесь еще разок по этим страницам и посмотрите, сколько раз я сам нарушил эту заповедь!
В свое оправдание могу сказать одно: когда я кого-то «осуждаю», это говорит не мое сердце, это такие специальные литературные приемы! Ох какой я хитрый!
Ну что, дорогие мои! Не кажется ли вам, что мы опять отошли в сторону? Но мы же решили с вами просто побеседовать!
Если вы еще не забыли – изначально речь шла о моей ссылке в Россию.
Когда через пять лет наступил долгожданный день и я вернулся туда, откуда был изгнан, все оказалось для меня незнакомым и чужим.
На все я смотрел глазами обиженного второгодника. Пять лет коту под хвост! Но главное – теперь я должен был учиться с молодняком!
И тут вдруг увидел, что вокруг сидят мои прежние сокурсники! Только общаются друг с другом как-то настороженно.
Оказалось, пять лет тому назад абсолютно каждого из нас обвинили в каких-то грехах! И все мы были разбросаны по миру на практику!
Во-о-т почему Наставники запрещали нам встречаться и общаться друг с другом! Они добились того, чтобы каждый из нас оказался в отдельном государстве. Вот почему наши пути не пересекались и каждый поодиночке варился в собственной обиде.
И вот когда Старейшины взяли слово, я стал покрываться потом. Нам объявили, что половина учеников Школы не выдержали испытаний и оставлены на второй курс, обучение на котором продолжается десять лет!
Низко опустив голову, я сидел и ждал приговора. Думал, что не окажусь вообще ни в одной группе!
«Отчислят, на хрен!» – эта мысль бесконечно чирикала у меня в голове!
Волнение было таким сильным, что я даже не понял, что меня куда-то вызывают и все взоры обращены ко мне.
Оказалось, что из всей нашей группы отобрали троих, и теперь эти трое будут возглавлять очередную школьную реформу, которая проводится раз в пятьдесят лет.
Так я попал в число реформаторов и оказался в Совете Старейшин как представитель учеников! Но увы! Каторжник – есть каторжник…
Я стал «рецидивистом»! Меня тянуло назад в мегаполис!
