- Семен Иванович, - громко, срывающимся голосом сказал Терехов, узнав Бугаева. - Недолго музыка играла...
- Миша, без паники. - Семен старался говорить спокойно, но от взгляда на Гогу сердце сжалось - так обострились, истончились черты его красивого лица, такие густые тени залегли у глаз. - Мы еще наговоримся, а сейчас тобой займутся врачи.
Терехов поморщился.
- Не нужны мне там чужие грехи... Вертушку свою взяли? - Он оглядел Бугаева колючим взглядом, остановился на небольшом портфельчике, в котором у Семена был магнитофон.
- Ладно, - согласился майор. - Поговорим. По дороге в операционную. - Гога хотел возразить, но Бугаев сказал твердо: - Миша, прения закончены. - Он обернулся к врачу: - Вызывайте санитаров! Как это у вас делается? Давайте, давайте!
Врач исчез. Семен вынул магнитофон, включил. Протянул Терехову крошечный микрофон. Гога попытался взять его в руку, но пальцы бессильно разжались, и микрофон упал.
- Ничего, Миша! - прошептал Бугаев, подбирая микрофон. - Ничего! - Он взял микрофон, положил руку на одеяло. Даже через одеяло чувствовалось, какое горячее тело у Гоги.
- Его, падаль, трудно будет взять, - сказал Терехов. - У него еще и пушка есть.
- У кого, Миша?
- Лазуткин. Шоферит у одного босса... - Терехов помолчал немного, потом собрался с силами. - Это он меня... Исподтишка...
Раскрылась дверь, двое санитаров вкатили в палату носилки. Осторожно переложили на них Терехова. Бугаев пошел рядом, повесив магнитофон на плечо, а микрофон придерживал на груди у Михаила. Гога то и дело дотрагивался до него рукой, словно хотел убедиться, что микрофон никуда не исчез.
- Ну вот, - сказал он недовольно. - Теперь не успеем.
- Успеем, - успокоил Бугаев. - Ты сейчас о главном. Подробности потом.
- Работенку левую я нашел... Камины в старых домах снимать... Рухлядь всякую. Жильцы уедут и бросят. Сундук бабкин, стол, ручки бронзовые, рамы от картин... А любители скупают, реставрируют...
- Кто?
- Многие. У меня - дядя Женя. Пузанчик один. Знакомый Лазуткина. Да вы плохо не думайте - вещи-то брошенные, ничейные.
Санитары, катившие каталку по слабо освещенному коридору, внимательно прислушивались к разговору.
- Невелик приварок, - продолжал Терехов. - Вот только камины! А их мало. Да и знать надо - где. Дядя Женя знает. Даст адрес, даже фото. Платит прилично...
Санитары остановили каталку перед лифтом. Лифт был вместительный, и Бугаев по- прежнему смог остаться рядом с Тереховым.
- Он мужик безобидный. Свой приварок имеет, конечно, да и я не внакладе. Эта падаль... - Гога задохнулся от злости, и Бугаеву показалось, что он больше не сможет продолжать, но Миша справился. - Злой, сволочь! Псих! Он со своей "пушкой" наделает дел. Антон Лазуткин. Запомнили, Семен Иванович?
- Запомнил.
- Пузан этот нас и свел. Все смеялся - фирма подержанных вещей "Антон, Мишель и К°"!
Они снова двигались по коридору, но теперь более светлому. Семен поднял голову, у раскрытых дверей стоял в ожидании дежурный врач.
- За что же он тебя? - спросил майор, понимая, что разговор подходит к концу.
- Дядя Женя сказал, что знает один царский камин. На пару косых. Я решил посмотреть.
Носилки остановились у открытых дверей операционной.
- Дальше нельзя, - сказал Бугаеву врач.
- Стоять! - прошипел Гога, и в его слабом голосе сохранилось еще столько властной силы, что санитары подчинились. А может быть, им было интересно узнать, о чем еще расскажет распластанный на каталке пациент.
- А на камин уже Лазуткин глаз положил. Мы с ним там и встретились. Он как с цепи сорвался. Чуть не пристрелил меня на месте.
- И что же?
- В доме кто-то был. Пришлось смываться. А больше я туда не ходил. Пусть подавится этим камином! Я так и дяде Жене сказал.
- А из-за чего ты с Плотским ссорился? - спросил майор. - На поляне?
- Все, все! - строго сказал дежурный врач, санитары вкатили носилки в операционную. В последний момент перед тем, как дверь закрылась. Бугаев увидел на лице у Гоги недоуменную гримасу.
- Теперь остается только ждать, - сказал дежурный врач и протянул Семену раскрытую пачку сигарет. - Покурим на лестнице?
- Спасибо, не курю, - отказался майор. - Мне бы позвонить по телефону.
Терехов скончался под утро во время операции.
20
Когда полковник пришел в управление, по своему обыкновению за полчаса до начала работы, майор Бугаев уже дожидался его с данными дактилоскопической экспертизы.
- Игорь Васильевич! Все совпало, - начал Семен, вслед за Корниловым входя в кабинет.
- Трудно не догадаться об этом, - спокойно сказал полковник, бросая взгляд на ежедневную сводку происшествий, лежавшую на столе. - Ты же весь светишься, Сеня, несмотря на бессонную ночь...
- Пару часиков я прихватил, - отозвался майор. - На вашем диванчике.
Полковник бросил подозрительный взгляд на большой кожаный диван, стоявший в кабинете, но, не заметив никаких следов "пребывания" на нем Бугаева, промолчал. Сказал, усаживаясь в кресло:
- Значит, Антон Лазуткин?
- Все сходится. И показания Миши Терехова! И "пальчики" мы проверили! Я уже говорил с прокуратурой. Есть разрешение на арест...
