Слухи о возрожденном ордене антимов разлетелись по всем уголкам мира, не миновав и ушей разведки Рейха. Кайзер велит найти и уничтожить всех причастных к убийству одержимых, однако главный виновник случившегося застрял в четвертом круге, пытаясь отыскать среди туманов путь домой.
– Чертовы прайярцы наконец получат по зубам, – усмехнулся дворянин в кунтуше из черного бенойского шелка, расшитого серо-голубыми узорами в районе воротника и плеч. Идущий возле него мужчина имел куда более простое одеяние, так как не мог себе позволить одеваться у лучших мастеров мира. Впрочем, его положение стремительно росло, от того, что недавнее появление в мире руны Евика сделало магов вовсе не опасными существами, а преданными союзниками власти. Алгар стал одним из первых на Нордике, кто сообщил церкви, о своем желании получить на тело руну, которая должна была убить его или ослабить, сделайся он однажды одержимым.
– Отчего Вы так уверены в этом, господин Конлей?
– От того, что ярлы нашли-таки управу на этих хитрых скрытных ублюдков.
Они подошли к высоким кованым воротам и пара стражников спешно распахнули их, пропуская хозяина и его гостя внутрь. Огромный двухэтажный особняк, находящийся за городом, вдалеке от столичной суеты Бергара, всегда восхищал Алгара своей суровой простотой, позволить которую мог себе только человек имевший очень многое. Но его господин как раз являлся именно таким – советник по экономическому развитию Нордики при великом ярле, в государстве, деньгами которого уже много лет расплачивались по всему миру.
В холле особняка их тут же встретили слуги, услужливо интересуясь требуется ли что-то хозяину, однако Конлей отпустил их, проследовав к винному погребу. Алгар шел следом, в который раз поражаясь изысканному аскетизму особняка: ровные серо-голубые стены, пол из черной гранитной плитки, наверняка ланкарской, зеркальный потолок, на котором невозможно было различить стыков полотна, и среди всего этого мелькали то резная тумба одиноко стоящая в зале увешанном картинами, то аккуратное кресло возле камина в другой комнате. Впрочем, Алгар знал, что тумба имела столь хитрое зачарование, что на ней никогда не вяли цветы, а если начать рассматривать картины, то изображение на них медленно менялось, двигаясь и показывая короткий, на несколько секунд, сюжет. Каждая вещь в этом доме, даже на первый взгляд обычная и неприметная, стоила баснословных денег, оттого что к ней приложили руку рунеры Нордики, считавшиеся лучшими в мире.
Впрочем, лучшими они были лишь после рунеров Прайяра, благо таинственное государство на юге вело изоляционистскую политику, почти не взаимодействуя с остальным миром.
Двигаясь по узкой винтовой лестнице, они спустились к погребу, оказавшись перед тяжелой металлической дверью, украшенной золотыми узорами, на которых угадывалось изображение города с высокими шпилями башен. Возле ручки выполненной на подобие головы льва Алгар разглядел надпись на нордском: «От великого султана Туа, дорогому другу». Конлей приложил ладонь к двери, и она сама собой отворилась, пропуская их внутрь.
Здесь в свете ярких масляных ламп, помимо бесконечных рядов бочонков и бутылок, стояли у стены пять полуобнаженных девушек, а возле них, за небольшим каменным столом, покрытом затейливой рейхской резьбой, расположился стражник. Увидев вошедшего господина, он тут же вскочил и коротко поклонившись, встал возле двери, поправляя висящую на поясе простую деревянную трость, больше напоминающую палку. Сперва Алгар удивился столь странному и нелепому выбору оружия воина, однако в следующее мгновение его прошиб холодный пот. Он вспомнил кто носил такие трости. Уникальное оружие подаренное Прайяром церкви святого круга, сокрытый меч, с одинаковой легкостью режущий зачарованную сталь доспехов, разбивающий заклятья и пронзающий плоть, вот только использовать сокрытые мечи способны были исключительно антимы. От понимания того, кем является стражник, Алгар невольно втянул голову в плечи и чуть ссутулился.
Страх перед убийцами магов сотни лет прививался каждому, кто решался на заключение темного договора с демонами. Жуткие слуги церкви, вольные идти куда им вздумается, разыскивая и уничтожая колдунов, дерзнувших получить толику власти от потусторонних сил.
– Да, что ты сразу скорчился? – брезгливо произнес Конлей. – Ты у меня на службе и у тебя на теле руна Евика. Петер тебя не тронет. Правда, Петер?
– Если будет хорошо себя вести, – с ухмылкой ответил антим.
Алгар натянуто улыбнулся, а его господин тем временем расположился в кресле возле стола.
– Да расслабься ты наконец. Времена меняются, Алгар, – лениво сообщил Конлей, порывшись в полах кунтуша и достав из внутреннего кармана небольшой флакончик с фиолетовым зельем. – Скоро вы, маги, станете элитой общества, как давно уже происходит на юге. А вот время антимов, хорошо это или плохо, неизбежно сойдет на нет. Петер один из тех, кто это понимает, а потому он сделал правильный выбор, решив служить мне.
