Хоронили старика,В орденах, но без салюта.Сыновья фронтовикаНа гостей глядели люто.«Чем, мол, батя виноват,Чем плохи его анкеты,Заградительный отрядБлиже к фронту, чем ташкенты.Воевал и там, и тут,Исполнитель приговора.На колымском злом ветруДослужился до майора.В чём же батина вина,Вся страна была такая,Та великая страна,От Курил и до Тракая.»Ветераны славных летПили дармовую водку,Доедали винегретС иноземною селёдкой.Говорили о судьбе,О мужской надёжной дружбеЧемпионы по стрельбе,Соучастники по службе.Хоронили палача,А над городом, как знамя,Поминальная свечаУбаюкивала пламя.И темнели на плечахКровью травленные звёзды.Хоронили палача.Слишком поздно…<p>А. Широпаев</p><p>Сон</p>Туман слепых атак,Незрячая победа.Мой дед берёт Рейхстаг,А я стреляю в деда.Вот смутный силуэт,Дрожащий, как от зноя.Я знаю, это дед,А он не знает, кто я.Вихрастый навсегда,Дед выступил из бездны.На нём блестит Звезда.На мне же — Крест Железный.Не слышен боя звукВо сне или в астрале.Бесшумно в деда внукСтреляет и стреляет.И деда, как вода,Горючий дым покрыл…Нас развела Звезда,А Крест не примирил.…Давно ты умер, дед —Простой и неидейный.Но длится этот бред,Но длится сновиденье.Из плазмы кумача,Из мраморного мракаВскипает дед, крича,И — на меня в атаку.Но в чём моя вина?Скажи, родная глина.Мне, как и ты, роднаТеперь зола Берлина.И длится эта боль:Огонь, туман, РейхстагИ Бой, Последний БойПентакля и Креста.(2000)<p>Флорентийский кабан</p>
Памяти 15-го Казачьего корпуса СС
Вы открыли точеные двериИ ушли — веселы и просты.Я ж на площади раненым зверемНа своем постаменте застыл.Я — фонтан. И с лучами рассветаВы придете глазеть на фонтан.Вам на счастье уронит монетуС языка золотого кабан.Я — кабан. Меня к стенке приперло.Я к судьбе угодил под каток.Моя кровь извергается горлом,Превращаясь в прозрачный поток.Меня кличут альпийские тропы,Обагренные вечные льды…Я — казак. Я — подранок Европы.Моя кровь — не дороже воды.Изошла моя алая влагаВ кракелюры фронтов и границ.Я бежал по векам и оврагам,Мимо башен старинных столиц.Я пытал свою долю и маял,В лоб бросался и путал следы.Но достал меня все-таки в маеРазрывной наконечник Орды.И застыл я на площади этой,Неживой, с перебитым хребтом…Русский, брось на прощанье монету,Чтоб в Европу вернуться потом.Вот судьба твоя бронзовым зверемЩерит клык в пустоту, против всех…А Флоренция скрылась за двери,В свой домашний пятнадцатый век.(Апрель 2005)<p>Лесной царь</p>
