В нашей стране этот процесс подстегивается еще и определенным негативным отношением к власти, особенно – к власти прошлой. Привыкнув воспринимать официальную пропаганду как вранье, массы относятся к ревизионистам как к лицам, доносящим до них «правду». Срабатывает «казус диссидента»: если плохая власть преследует гражданина Х, называя его шарлатаном и лжеученым, значит, он и есть настоящий ученый, несущий свет истины. И вообще, «сегодня не 37 год, и каждый имеет право на свою точку зрения».
Дело также и в том, что в ситуации, когда государственный миф уже давно не встречает аргументированной критики, официальная наука также начинает воспринимать его положения как аксиомы, которые не нуждаются в дополнительной аргументации. А это значит, что, считая свое положение прочным, официоз не озаботился обеспечением аргументированной «критики критиков».
Кроме того, табуирование определенных тем (например, сотрудничество с немецкими оккупантами во время Великой Отечественной войны) и неформальный запрет на их исследование привели к тому, что наши официальные историки перестали в них ориентироваться и в диспутах с ревизионистами иногда у них просто не оказывалось аргументов или фактов.
Конечно, запретить проще, чем проанализировать и грамотно раскритиковать. Чтобы победить врага, нужно знать его оружие. И несмотря на то, что для российской истории гитлеризм играет и будет играть роль абсолютного зла, это не значит, что мы не должны внимательно изучать его наследие как с точки зрения организации режима, так и с точки зрения приемов пропаганды.
Посмотрим повнимательнее, какие именно мифы создаются или пересматриваются.
Во-первых, это миф об исключительной древности этноса, касающийся «удлинения истории», когда государству или этносу приписываются древние корни, доказать которые, мягко говоря, сложно. Российский миф ввиду достаточной древности нашей страны не включал в себя посылок такого рода (попытки приравнять скифов к древним славянам были эпизодическими и не входили в официальную советскую парадигму), и наиболее емким примером выстраивания данного мифа является корейский миф о Тангуне, в рамках которого южнокорейские историки-националисты умудрялись находить даже имена его полководцев или тексты боевых песен того времени.
Другим вариантом того же мифотворчества являются «исследования» Г. А. Югая, который в нескольких своих книгах отнес корейцев к ариям. Дальнейшие исследования этого автора вообще приравняли корейцев к скифам и киммерийцам, что напоминает радикальные варианты экзерсисов подобного рода, предпринятые одним из южнокорейских пасторов, сделавшим смелое предположение о том, что корейцы являются не кем иным, как потерянным «коленом Вениаминовым». Можно вспомнить и Чхве Намсона, который еще в начале ХХ века пытался объявить Корею колыбелью мировой цивилизации и родиной солярного мифа, и «доказанное корейское происхождение Чингис-хана», и работы Чон Ён Гю, у которого корейцы являются предками шумеров и народом, основавшим мировую цивилизацию, в том числе – и месоамериканскую. Правда, в отличие от выкладок Г. Югая, у Чона прародина корейцев находится на Памире, а не в Арктике.
Сюда же можно отнести и попытки чеченской пропаганды возвести родословную своего народа к древним шумерам, и высказывания о киевской Руси как великой украинской державе или о том, что «одним из главных итогов передела мира после Второй мировой войны было окончательное воссоединение украинских земель, которые вроде бы встречались в официальных учебниках истории.
Ревизионисты-маргиналы развивают эту тему еще более улетно. Превое, что приходит в голову — «украинцы произошли от древних укров»,которые жили 140 тыс. лет назад, и, таким образом, были предками неандертальцев.
Впрочем, радикальные украинские националисты – это, действительно, отдельная песня. Понятно, что в националистической среде всегда найдется место экстремалам, но надо было обладать выдающимся полетом националистической фантазии для того, чтобы, следуя версии писателя Ивана Билыка, объявить Атиллу «гетманом Богданом Гатило (от украинского глагола «гатити», то есть «наводить мосты»), много сделавшим для распространения древнеукраинской культуры на Западе», или, согласно «Украинскому мифологическому словарю» середины 1990-х, объявить этноним «Галилея» происходящим о слова «Галичина» и на основании этого представить древних украинцев потомками филистимлян, изгнанных злобными евреями с их исторической родины. Лично мне там более всего понравилось «самурай» как «сам-Орай» — воин, который сам ходит за плугом и одновременно охраняет границу, иначе говоря, заимствованный в Японию украинский козак.
