Антироссийская подлость полностью

Вот выше я показал, сколько имеется вариантов фальшивок «заверенной» копии дневника майора Сольского, последний вариант я взял из сборника документов 2001 г., в котором геббельсовцы торжественно клянутся: «Все документы, за исключением двух обширных документов на польском и английском языках (№№ 199 и 226), публикуются… полностью, без купюр».[504] И действительно, если речь идёт об информационном мусоре, то такие документы даются полностью, без купюр, чтобы книжка была толще и создавалась видимость кропотливой работы. Но вот геббельсовцы цитируют последнюю запись из дневника Сольского, в которой 37 слов, включая предлоги. И вырывают из неё часть текста: «Спросили об образке, который <…>». То есть, уже, казалось бы, сделали фальшивку как надо, но стали печатать на русском языке и заопасались — на всякий случай что-то ещё убрали. А ведь не сложно и догадаться, что именно они выбросили. Что-нибудь типа «…забрали в кладовую» или что-то в этом роде. Я уже писал о геббельсовском издании этих дневников в тех вариантах, которые хранятся в Гуверовском институте в Калифорнии. И тут полно купюр, порой смешных. Скажем, в дневнике В. Вайды, которого, по геббельсовской брехне, якобы расстреляли НКВД 12 апреля 1940 г., есть запись за 8 апреля, т. е. за 4 дня до «расстрела»: «Сегодня нам дали паёк… на целый месяц».[505] Поскольку щей на месяц выдать не могли, то, значит, выдали то, что хорошо хранится. А пленным выдавали: табак, папиросную бумагу, спички, чай, сахар (35 г. в день), мыло (300 г в месяц).[506] При публикации геббельсовцы застеснялись написать, что именно выдали военнопленным на месяц вперёд, и вышеперечисленное довольствие вычеркнули. Действительно, напишешь, что военнопленным за 4 дня до расстрела выдали месячную норму мыла, и сразу возникнет вопрос: а зачем? Чертей подмывать?

У бригады Сталина таких вопросов не возникает, поскольку такая нетипичная выдача пайка диктовалась хозяйственной необходимостью. Старый лагерь военнопленных упразднялся, а у него на складах оставались запасы продовольствия. А в новом лагере, только создающемся, снабжение ещё не налажено. И чем с одного лагеря в другой централизованно перевозить тонны табака, чая, сахара и мыла, лучше рассовать всё это по вещмешкам пленных, и они сами довезут своё довольствие. А лагерная администрация на новом месте им ничего не будет должна почти месяц.

Геббельсовцы уверяют, что и они, и отец их родной доктор Геббельс исключительно честно расследовали в 1943 г., кто убил пленных польских офицеров. Я дал всё, и даже больше (доклад Скаржинского дал весь, а они — с купюрами), что геббельсовцы написали по этому поводу в своих итоговых писаниях. Вы им верите? Вы верите, что ГВП РФ просто по глупости или недосмотру «верит» геббельсовским фальшивкам? Если да, то я вас поздравляю: у вас, наверное, никогда не болит голова.

445. Нет смысла подробно останавливаться на персональном составе бригады Сталина: поскольку геббельсовцам по поводу разоблачения их фальсификации в 1944 г. нужно что-то писать, а писать нечего, поэтому они подробно описывают разные несущественные детали, и все необходимые фамилии вы узнаете из их писаний. Я же должен остановиться вот на чём.

446. Сегодняшний режим РФ, будучи холуём Запада, беззастенчиво низкопоклонствует перед ним. Скажем, когда в октябре 2002 г. чеченские боевики захватили в Москве зрителей мюзикла «Норд-Ост» в заложники, то и штаб по освобождению заложников, и все каналы ТВ в первую очередь переживали о том, можно ли спасти иностранцев, а свои граждане были как-то на заднем плане.

Для правительства Сталина такое было немыслимо — в его время заботились в первую очередь о советских людях. Поэтому когда после освобождения Смоленска туда приехали члены комиссии по расследованию немецких злодеяний во главе с Бурденко, то они в первую очередь занялись не могилами поляков, а выяснением того, сколько немцы убили советских людей. Как вы увидите дальше, бригада Геббельса об этом тоже вынуждена была написать, правда, не упоминая, о чём речь. А эта, более важная часть работы комиссии Бурденко, вошла в обвинительное заключение Нюрнбергского трибунала как «Документ СССР-48»: