Антисоветский роман полностью

MOYNAHAN, BRIAN, The Russian Century: A Photographic History of Russia’s 100 Years(Random House, 1994)

PASTERNAK, BORIS, Doctor Zhivago(Pantheon, 1997)

RAZGON, LEV EMMANUILOVICH, True Stories(Ardis Publishers, 1997)

REMNICK, DAVID, Lenin’s Tomb: The Last Days of the Soviet Empire(Vintage, 1994)

RILKE, RAINER MARIA, Selected Poetry of Rainer Maria Rilkeby Stephen Mitchell (Random House, 1982)

RYBAKOV, ANATOLI, The Children of the Arbat: A Novel(Little, Brown & Co., 1988)

SHALAMOV, VARLAM , Kolyma Tales(Penguin, 1995)

SIMONOV, KONSTANTIN, Days and Nights(Simon & Schuster 1945)

SOLZHENITSYN, ALEXANDER, The Gulag Archipelago 1918–1956(Harvill Press, 1999)

Cancer Ward(Farrar, Straus & Giroux, 1991)

One Day in the Life of Ivan Denisovich(Farrar, Straus & Giroux, 2005, new edition)

THOMAS, DYLAN, Collected Poems of Dylan Thomas 1934–1952(New Directions, 1971)

TSVETAEVA, MARIA, Selected Poems(Penguin, 1994)

WERTH, ALEXANDER, Russia at War: 1941–1945(Carroll & Graf, 1999)

Эту книгу я писал неимоверно долго — фактически прошла ровно половина моей взрослой жизни с тех пор, как я стал делать первые наброски. Будущую книгу — ещё в 1998 году — я хотел назвать «Московский Вавилон». К счастью для всех, кто имел к ней какое-то отношение, она не появилась на свет, а вместо этого по прошествии лет родилась идея написать вот эту самую автобиографическую историю. Я в огромном долгу перед моими друзьями и коллегами, которые все это время разделяли со мной муки творчества и помогли мне осознать, что на самом деле нужно писать не столько о себе, сколько о России, и не просто писать, а постараться ее понять.

Большинству моих близких друзей за последние десять лет довелось прочесть какую-нибудь часть рукописи. Эндрю Полсон, например, год за годом уверял, что работа получается отличная, — это меня очень ободряло, хотя, наверное, не всегда соответствовало истине. Мелик Кейлан льстил мне, утверждая, что я «на удивление хорошо» пишу. Чарли Грэбер, Эндрю Мейер, Майкл Фицджеральд и Марк Франкетти были настолько добры, что отредактировали и подробно прокомментировали всю работу, когда она приобрела более или менее законченную форму; их советы и дружескую поддержку трудно переоценить.

Первой идею этой книги подсказала мне Миа Фостер. «Оуэн, а почему бы вам не написать книгу?» — спросила она однажды, когда мы сидели у камина на даче Чарли Босмана на Николиной горе. Именно Чарли и настоял, чтобы я приступил наконец к работе. Но единственная причина, по которой у меня вообще появилась идея заняться исторической тематикой, да еще с привлечением биографических сведений, кроется в том, что судьба подарила мне возможность слушать в колледже Крайст-Черч лекции замечательных преподавателей истории — Уильяма Томаса, Кати Андреевой и покойного Патрика Уормэлда. Роберт Айзлвуд открыл для меня интеллектуальное богатство русской литературы, более впечатляющее, чем детско-эмоциональное, переданное мне мамой.

Самой глубокой благодарности заслуживают многие мои друзья и «соучастники», живущие в России, хотя они наверняка придут в ужас, увидев свои имена в одном списке. Это Изабель Горст, Эд Лукас, Маша Наймушина, Эб Фарман-Фармаян, Виджей Махешвари и Роберт Кинг. Нас с Марком Эймсом и Мэттом Тайби одинаково будоражило знакомство с темными и зловещими сторонами жизни Москвы в бурные 90-е годы, блестящими хроникерами которых они себя проявили.

В Стамбуле, куда я часто сбегал во время работы над книгой, моими мудрыми и преданными друзьями были Гундуз Вассаф и профессор Норман Стоун. А Эндрю Джеффрис стал моим ближайшим наперсником и спутником всех моих приключений после Москвы. Джорджиана Кэмпбелл уступила мне свой коттедж в Дорсете, чтобы я мог сосредоточиться на работе. Жан-Кристоф Исо знал меня дольше и лучше, чем кто-либо другой; это единственный человек из всех моих знакомых, который действительно сам определил себе образ жизни, чем однажды вдохновил меня последовать его примеру.