«Заявление Хрущева о „мингрельском заговоре“ объясняет причины чисток в Грузии в 1952 году. Хотя Хрущев в нем только намекает, что „мингрельское дело“, как и „ленинградское дело“, тоже инсценировано Берией и Абакумовым, данное утверждение представляет собой умышленное искажение. Аккурат в ноябре 1951 года министром госбезопасности был назначен один из злейших врагов Берии С. Д. Игнатьев; „мингрельское дело“ поэтому фабриковалось, чтобы нанести удар по Берии. Это обстоятельство и последовавшие затем чистки в Грузии (в апреле, сентябре и ноябре 1952 года) подрывали положение Берии и открывали путь запланированной „второй ежовщине“, начавшейся после XIX партийного съезда (ноябрь 1952 год) с арестов по „делу врачей“».[573]
С ведома Хрущева как члена Президиума ЦК КПСС бывший министр МГБ Игнатьев был освобожден от обязанностей секретаря ЦК КПСС, а затем и выведен из состава ЦК в связи с серией обвинений в фальсификации следственных материалов по «мингрельскому делу», «заговору врачей» и др. Роль ][395 Игнатьева вскрывалась в серии записок Берии в Президиум ЦК, одна из которых была посвящена делу т. н. «мингрельской националистической группы».[574]
В июле 1953 года Хрущев и другие члены Президиума жестко критиковали Берию за его попытки наладить отношения с Югославией. Вот один из фрагментов стенограммы июльского (1953) Пленума:
