И совсем не любит Владимир Богданович смотреть по сторонам, сравнивая свои тезисы с реальностью. Хотя, казалось бы, чего проще: сравнить танковые, самолетные парки разных стран и указать пальчиком – вот этот набор конструкций явно агрессивного толка, а вот эта страна вооружена техникой, которая предполагает белого и пушистого владельца, не помышляющего о покушении на чужую территорию. Наиболее показательна в этом плане теория «самолета-шакала». Цитирую «День М»:
Найти подходящий под такое определение самолет в других странах, причем в странах, которых язык не повернется назвать агрессорами, можно легко и непринужденно. Например, Польша, имевшая на вооружении легкий бомбардировщик «Карась», подходивший под все предложенные параметры.
Не менее легко и непринужденно найдется подходящий под определение «самолета-шакала» самолет и в ВВС Великобритании. Это легкий бомбардировщик Фейри Бэттл, прототип которого впервые поднялся в воздух в 1936 году. Экипаж Бэттла состоял как раз из трех человек: летчика, бомбардира и стрелка. Двигатель, правда, был не радиальный, а рядный – знаменитый Мерлин. Но этот факт ни о чем не говорит, конкурс «Иванов» предусматривал создание самолета под V-образный двигатель М-34ФРН в силу наличия в СССР больших мощностей по производству этого двигателя. Звездообразный двигатель был инициативой П. О. Сухого. Да и вариант Су-2 с рядным мотором в природе существовал – ББ-3. Под остальные тезисы Бэттл вполне подходит: экипаж из трех человек, тысяча фунтов бомб (454 кг), у Су-2 – 400–500 кг в зависимости от серии выпуска. Замечательно подходящий под определение «самолет-шакал» самолет обнаруживается в ВВС США – это Нортроп А-17, составлявший в конце 30-х ядро ударной авиации USAAF. А-17 с позиций Владимира Богдановича идеологически правильный, если не сказать образцовый «самолет чистого неба»: звездообразный двигатель воздушного охлаждения, экипаж из двух человек, четыре пулемета винтовочного калибра в крыле и один на турели, 600 кг бомб. Причем американским «шакалом» заинтересовались такие исконно агрессивные государства, как Аргентина и Перу.