Мужа Татьяна не видела, но слышала его громкое сопение. В ее душе даже родилась надежда на то, что кризис его болезни прошел и что благодаря таблеткам, постоянному питью и его иммунитету он пошел на поправку.
Татьяна одела очки от солнца, которое начинало слепить ее. Но радость Татьяны вдруг прервалась в один миг, когда машина ее подскочила так, что Татьяна едва не потеряла управление.
Машина завиляла, Татьяна с трудом удержала руль, затем снизила скорость, остановилась и замерла за рулем, взволнованно дыша. Руки ее стали мелко дрожать. Она поняла, что случилось, но верить в это не хотела.
Армина, проснувшись, вскочила в кресле, решительно осмотрелась, схватив револьвер.
– Мама, что это было? – почти шепотом спросила Армина.
Татьяна перевела дух, помотала головой.
– Не знаю, милая.
– Мы что-то переехали, мама? – Армина внимательно посмотрела на мать, затем осторожно приоткрыла дверь и посмотрела назад.
Армина неторопливо вышла из машины и, глядя назад, остолбенела.
Татьяна смотрела на Армину, которую еще было видно в дверном проёме, но сама выйти из машины не решалась.
Тем временем Армина быстро пришла в себя и направилась куда-то в обратную сторону.
– Ты куда? – крикнула ей Татьяна, но сама из машины выйти все-таки побоялась, но побоялась не потому, что ей могла бы угрожать какая-то опасность, она не хотела видеть то, что уже представилось ее внутреннему взору.
Армина подошла к человеку, который лежал на дороге и, как было видно, по которому и проехался тяжелый внедорожник семейства Рико.
Это был человек в полностью герметичном костюме белого цвета, которые делают, по-видимому для того, чтобы были видны на нем малейшие загрязнения. Но теперь он был не только испачкан и раздавлен машиной, но в нем было несколько пулевых ран.
Таких костюмов Армина еще не видела. В Сантандере все, кого она успела увидеть, были одеты в другие костюмы. Еще более удивительным было то, что на груди слева, на этом белом комбинезоне был трехцветный шеврон, напоминающий флаг Франции, вот только располагался он горизонтально и цвета были расположены немного по-другому. Армина вспомнила, что это был флаг России и удивилась тому, что этот человек оказался здесь, посреди дороги.
Рядом с дорогой лежал перевернутый микроавтобус с красным крестом на борту. Двери его были распахнуты и внутри, за рулем, тоже был виден человек, который безжизненно свисал на руле.
Армина опять посмотрела на лежащего человека на дороге и увидела, что из приоткрытого кармана на его груди, торчал какой-то уголок. Было похоже, что перед смертью этот человек хотел что-то достать из этого кармана, расстегнул замок на кармане, но открыть его до конца не успел.
Армина присела перед убитым на корточки.
– Армина! – послышался окрик Татьяны. –Ну, что ты там делаешь? Поехали!
– Иду, мама. – Армина быстро что-то достала из кармана убитого, положила в свой карман и вернулась в машину.
– Что ты там рассматривала? – Татьяна завела машину. – Что там было?
– Ничего, мама.
– Надо отдохнуть, – Татьяна едва могла держать глаза открытыми, веки не слушались ее, казалось, они были наполнены свинцом.
Татьяна завела двигатель и они поехали дальше. Впереди появился какой-то маленький городишко, название которого Татьяна не успела прочитать, поскольку глаза ее слипались, будто от мёда и она могла следить за дорогой.
Наконец, Татьяна увидела одноэтажное здание, около которого стояло две машины полиции и свернула к нему в надежде здесь и поспать.
На здании было написано – «полиция», поэтому Татьяна без всякого страха свернула к нему, припарковала свой огромный внедорожник около полицейской машины, заблокировала все двери, аккуратно, чтобы никого сзади не зажать, откинула сиденье назад, укуталась в легкий плед, который лежал рядом, положила голову на бок и мгновенно погрузилась в глубокий беспечный сон…
Глава третья
ВСЕ ЕЩЕ ТОЛЬКО НАЧАЛОСЬ
Заканчивался уже третий месяц карантина в Испании, который вводился попеременно с ослаблениями, но конца и края эпидемии не было и видно. По телевизору шли бесконечные дискуссии по поводу вируса и новости о том, как ежедневно в мире умирают десятки тысяч людей, и как в Европе наступает настоящий экономический и общественный коллапс. Сообщалось, что в связи с многочисленными грабежами и мародерством правительство рассматривает вопрос о введении комендантского часа и даже военного положения.
Манюэль и Татьяна эти новости практически не смотрели, тем более что Манюэль старался жить в отдельной комнате, кашель у него не прекращался, прибавилась температура, но врачи наотрез отказывали ехать к нему. По телефону, если удавалось дозвониться, как заученную мантру операторы произносили сообщение о том, что в клиниках нет свободных коек, нет лекарств, защитных средств, да и вообще врачей в строю остается все меньше и меньше. Лишь пару раз удалось услышать по телефону советы, как и что делать, чтобы легче дышалось и чтобы предотвратить заражение остальных членов семьи.
