Антонов коллайдер полностью

– А теперь, с вашего позволения, перейдём к делу. Как вы понимаете, я трачу своё время (а его у меня всегда крайне мало) на этот разговор не просто так. Антон, я хочу предложить вам работу, которой вы действительно достойны. В нашем головном офисе здесь, в Шанхае. Предлагаю вам провести испытательный срок в должности креативного тестировщика. Это означает, что вы будете придумывать со мной и моей командой новые технологии, устройства, а также сценарии их потребления и весь сопутствующий им контент. Одновременно с этим мы будем тестировать эти идеи непосредственно на вас и вашем подсознании с помощью того самого Android Collider. Не волнуйтесь об отсутствии опыта или специализированного образования – вам оно не понадобится. Наоборот, вы – идеальный чистый лист, свободный от паттернов и шаблонов. Специалистов самых различных областей знаний у нас достаточно, в них мы не нуждаемся. Нам нужны генераторы живых, искренних, невероятных, взрывающих мозг идей. Идей, которые переворачивают этот мир, обнажают его новые, ещё неведомые грани (естественно, в рамках закона и утверждённых механизмов свободного рынка). Да, как я уже говорил, искусственный интеллект может многое, но чего он действительно не умеет, так это создавать новые яркие смыслы на базе личных душевных переживаний. Потому что, как ни крути, души́ у машины нет. А у нас с вами, Антон, она точно есть. И только наличие души позволяет нам не проиграть в конкурентной войне с технологиями, которые мы сами же и производим. Во всём остальном они нас и сильнее, и умнее. Но, ещё раз повторюсь, души́ у машины по определению быть не может. Симуляция эмоций и поступков – всегда пожалуйста. Душа – нет, увы, никогда. Это наше секретное оружие. И вы, Антон, явно умеете из него, что называется, стрелять.

Я молчал. Всё услышанное было столь невероятно, что мало походило на правду. Быть может, я ещё сплю и иллюзия продолжается? Рациональные зоны мозга настаивали на этом, а их оппоненты всё шептали мне слова искусственного интеллекта московской подземки, которые я никак не мог забыть: «Вероятность есть у всего и всегда».

– Ух, это неожиданно… Спасибо. Мне надо подумать. Но думать пока несколько тяжеловато… Когда я приду в себя?

– Как только мы закончим разговор. Вам будет нужно всего несколько минут – вы находились в симуляторе не больше часа, но из-за всех этих переживаний ваш пульс периодически подскакивал до таких высот, что мои коллеги были вынуждены вводить вам изрядную дозу успокоительного. Особенно после той истории с похищением и удалением линзы. А это в вашем достаточно солидном возрасте особенно опасно.

Только после этих слов я наконец понял, насколько сон, в котором мне довелось сегодня оказаться, был далёк от реальности. Я вспомнил своё настоящее тело, постарался ощутить его, но ничего не почувствовал.

– Мой глаз… С ним же всё в порядке?

– Разумеется, в полном. Ещё раз повторяю, всё под контролем. Сколько времени вам будет необходимо на то, чтобы собраться и прилететь ко мне? Не беспокойтесь, все расходы на билеты и проживание в течение испытательного срока я беру на себя. Про зарплату не думайте – уверен, мы придём к условиям, устраивающим нас обоих.

– Не знаю, это действительно очень неожиданно. Можно я подумаю?

– Конечно, думайте, отдыхайте. Завтра мы свяжемся с вами, а пока вам стоит поехать домой. Буду с нетерпением ждать нашей встречи в моём кабинете в Шанхае. С возвращением в лучший из миров, Антон!

– Очень в этом сомневаюсь, – сказал я с недоверием, но мне уже никто не ответил.

А потом стало ослепительно светло – и я вернулся.

Вернулся в красивую, зажиточную весеннюю Москву конца двадцать первого века, один из крупнейших метрополисов нашего единого и дружного социал-капиталистического метагосударства Земля, окончательно одолевшего последних диктаторов прошлого и все ключевые экологические проблемы, стеревшего былые границы государств и любые гендерные стереотипы. Теперь мы живём в мире победившей метавселенной, где всё как будто бы хорошо – ну, хотя бы до тех пор, пока ты добровольно делишься своей приватностью, не идёшь против мудрого и справедливого, глобального и небинарного AI-правительства, а также принимаешь те самые «хорошие» таблетки от своего не менее «хорошего» психоаналитика. Хотя я в свои сто четырнадцать ни психоаналитика, ни таблеток не жалую – да, мне всё это полагается, причём бесплатно, но, в отличие от всех остальных, в эту лабуду я никогда особо не верил. Мои мозги – они только мои, и насильно в них копаться никто не может (так прописано в текущем законодательстве, которое у нас предельно либерально – ведь зачем кого-то к чему-то принуждать, если все и так не против?). И, как видите, правильно я не жаловал мозгоправов!