– Телохранителя? – ужаснулась я, представив, что этот самый телохранитель не Антонову мою спасать будет, а докладывать Игорю о любовных похождениях его жены. – Нет, Игорек, так дело не пойдёт. Ты что, Светку не знаешь? Она же сразу на дыбы встанет и никакого телохранителя близко к себе не подпустит.
– А мы ей ничего не скажем, – заговорщически продолжил Игорёк. – Пусть занимается себе спокойно своими делами, а телохранитель будет поблизости.
– Нет-нет, – решительно возразила я. – Телохранитель ей не поможет. Светку пытаются отравить, а не зарезать. И пока твой телохранитель будет издалека за ней наблюдать, она тихо-мирно слопает какой-нибудь пирожок и также тихо-мирно отдаст концы. Тут надо придумать что-то другое. А пока ты будешь думать, я буду за ней приглядывать, – я поспешно поднялась, давая понять, что разговор окончен. – Можешь быть спокоен: я Антонову в обиду не дам.
На том и порешили. Игорь вызвал мне такси, загрузил в машину раскладушку и отправил меня домой, предварительно вытянув из меня обещание держать его в курсе дел.
Вернувшись домой, я обнаружила Антонову в прекрасном расположении духа и с отвратительным запахом перегара изо рта. На столе стояла пустая бутылка из-под мартини и коробка из-под конфет. Похоже, прошлый неудачный опыт не заставил мою подругу отказаться от излюбленного напитка. Поймав на себе мой разъярённый взгляд, Светка тут же принялась оправдываться:
– Маюша, ты же видишь, как мне плохо, – она демонстративно подалась вперед, чтобы я воочию смогла оценить тяжесть её положения. – Ещё немного, и у меня сдадут нервы. Мне срочно нужно было успокоиться, вот я и выпила немного.
– Да ты едва на тот свет не ушла из-за этого растреклятого мартини! – вскипела я. – Уму непостижимо!
– Маюша, не переживай ты так, – успокаивала меня хмельная Антонова. – Видишь: всё хорошо. Я жива и здорова и чувствую себя просто великолепно, – Светка усадила меня на диван. – Лучше расскажи мне, о чём вы говорили с Игорем.
– Нет, уж лучше ты мне расскажи, как тебя травили чаем.
– Да, Свет, – подключился к нашему разговору сын. – Расскажи мамке, как я тебя спас.
– Ну, – начала Антонова, – пошла я в лаборантскую попить чайку. Достала чашку, залила пакетик кипятком и тут обнаруживаю: а сахара то нет. Пошла, значит, я на третий этаж к историкам за сахаром. На обратном пути встретила Глеба, ну и предложила ему вместе чаю попить. Заходим мы, значит, в лаборантскую, я достаю вторую чашку, Глеб тем временем достаёт пакетик из моей и говорит: «Свет, а ты чего за сахаром ходила? Вот же он у тебя насыпан». Я смотрю в чашку и вижу: белый порошок, уже почти растворился. Короче говоря, не надо быть слишком умной, чтобы понять – меня опять собирались отравить.
Закончив свой рассказ, Светка театрально вздохнула.
– Видишь, Майя, даже в школе мне покоя нет.
– Как-то всё это странно, – задумчиво сказала я. – Получается, к вам в лаборантскую любой зайти может.
– Получается так, – согласилась Светка. – Только обычно туда, кроме учителей, никто и не заходит.
– Интересно, а как отравитель мог догадаться, что это твой чай, ты же не одна там чаи гоняешь. Неужели за тобой следили?
– Выходит, следили.
– Пожалуй, Игорь прав, придётся тебе охрану нанимать.
– Какую такую охрану? – моментально оживилась Антонова. – Ты, Козлова, что, разболтала ему, что на меня покушаются?
– Не я. Соседка твоя, Марина.
– Ах ты, чёрт! – Антонова схватилась за голову. – Как же это я не додумалась её предупредить! Ну надо же. Выходит, Гордеев уже в курсе.
Гордеев – это Игорь. Вы-то, наверное, думали, что он Антонов, как и Светка, но нет. Моя подруга оказалась девушкой весьма прагматичной и свою девичью фамилию менять не стала, видимо, предвидела развод и не хотела отягощать его лишними формальностями.
Я в подробностях передала Антоновой наш разговор с Игорем, после чего Светка сказала:
– Правильно, Козлова. Правильно, что отговорила его нанимать мне телохранителя. Моя отравительница – дама весьма хитроумная и напористая, телохранителем её не запугаешь.
– Кстати, – спохватилась я. – Насчёт твоей отравительницы. Кажется, я догадываюсь, кто это может быть.
– Как это? – изумилась Антонова. – Почему молчишь? Ну-ка быстро выкладывай.
И я рассказала все, о чём узнала сегодня утром от Тимура.
Антонова призадумалась.
– Неужели меня травит Тимкина бывшая жена? – вслух размышляла Светка. – Но это же глупо. У него и до меня немало подруг было, почему же она их не травила?
– Не знаю, – пожала плечами я. – Может, она выборочно.
И тут ситуацию разъяснил молчавший до этого Глеб.
– Всё очень просто, – со знанием дела сказал он. – Этот ваш Тимур, похоже, всегда был очень любвеобильным. Мне так Андрей сказал.
– Сын его что ли? – уточнила я.
Глеб кивнул.
– Невест у него было видимо-невидимо, да только после двух неудачных браков он решил больше в это дело не ввязываться. Но не тут-то было. Откуда ни возьмись, появляется наша Светка, влюбляет его в себя и всё.
– Что – «всё»? – не поняла я.
