Никто не ответил, все продолжали молча смотреть на меня.
— Извините за опоздание…
— Вы не опоздали — сейчас ровно девять часов, — бесстрастно заметил коммодор.
Он и координатор Тулий сидели в торце стола, остальные — вдоль, друг напротив друга. Тринадцать человек в оранжевых комбинезонах и один, сидящий у противоположного от коммодора края напротив Энтони Холодкова, в синем комбинезоне десантника. Этот четырнадцатый, в отличие от всех, глядел не на меня, а в сторону, и лицо у него было серо-синим, под цвет комбинезона. Но самое главное — его лицо было моим лицом.
— Кто это? — оторопело спросил я, не сводя взгляда со своего синюшного подобия.
— Это? — фыркнул Энтони. — Это ваш инверт. Сквозь фантом проходили? Извольте расписаться в получении!
Я совсем растерялся.
— И что теперь делать?
— Что делать? Никогда больше не ходить сквозь фантомы!
Я приблизился к столу, внимательно вглядываясь в мертвенно-синее лицо инверта. Он сидел неподвижно, как истукан, и, в отличие от крысоида в коридоре, не дышал. Как настоящий труп.
— Вы должны совершить обратную инверсию, — подсказал Эстасио. — Садитесь в него, иначе никогда не избавитесь.
Я с недоверием посмотрел на маршрутного сценариста. В глазах негра светилось понимание и сочувствие. Тогда я обошел вокруг стола, приблизился к инверту и на мгновение замешкался. Казалось, от него веет холодом, как от мертвеца, но, скорее всего, ощущение было инстинктивным, навеянным зрительным восприятием, так как, садясь на стул и совмещаясь с инвертом, холода я не ощутил.
В глазах мигнула неяркая вспышка, в ушах снова, как при прохождении фантома крысоида, по-мышиному пискнуло, и инверт с тихим шелестом лопнул, рассыпавшись по полу белесыми, быстро скачущими в разные стороны шариками.
И тотчас над столом с раздирающим ушные перепонки громом полыхнула молния разрядника.
— Эх, опять не попал! — сокрушенно помотал головой Эстасио, поводя дулом разрядника. Белесые шарики рассыпавшегося инверта исчезли, словно растворившись в воздухе.
— Что за детский сад?! — взорвался коммодор, ударив ладонью по столу. — Вы что себе позволяете?!
— Не кипятись, Гримур, — пожал плечами Эстасио, убирая под стол руку с разрядником. — Надо же образец получить, а тут удобный случай представился…
— Здесь я вам не Гримур, а коммодор Гримур! — отчеканил коммодор и, болезненно поморщившись, прикрыл глаза солнцезащитными очками-консервами. — Извольте охотиться в нерабочее время только на верхнем ярусе и вне помещений! Своим выстрелом вы могли повредить аппаратуру!
— Я отрегулировал дальность разряда… — попытался оправдаться Эстасио.
— Все, — отрезал коммодор. — Инцидент исчерпан. Начинаем работу. — Его лицо вновь приобрело выражение невозмутимости. — Прощу вас, координатор, — кивнул он сидящему рядом Ктесию.
— Постараюсь быть кратким, — начал Ктесий. — Поскольку с проектом сети туркомплексов на Мараукане все ознакомлены заранее и каждый знает круг своих служебных обязанностей, я не буду останавливаться на достоинствах и недостатках проекта. Мы здесь собрались не для того, чтобы обсуждать проект, а чтобы претворять его в Жизнь. Поэтому предлагаю начать с рекогносцировки на местности. Возражения есть?
Никто не проронил ни слова.
— Хорошо, — кивнул Ктесий. Он выдвинул из стола пульт и защелкал клавишами. — Для начала рассмотрим карту…
Над столешницей возникла призрачная панорама части поверхности Марауканы.
— Всем видно?
Пытаясь избавиться от звона в ушах после грома разрядника, я некстати повел головой.
— Что-то не так, Вольдемар?
— Нет-нет, все нормально… Это к делу не относится. Продолжайте.
Сидящая рядом Ютта заглянула мне в глаза, положила ладонь на мою руку и сочувственно сжала.
— Спасибо, — шепнул я.
Она кивнула и убрала руку.
— Здесь в настоящее время находится наша платформа, — сказал Ктесий, и на карте появилась светящаяся красная стрелочка. — В шестидесяти километрах на юго-восток расположен объект номер восемь, условно именуемый по каталогу «Усеченной Пирамидой». В ста двадцати километрах на север — объект номер десять, или «Храмовый Комплекс». В сорока двух километрах на северо-северо-запад находится объект номер один, или «Руины Мегаполиса». По генеральному плану застройки мы должны начать работы с возведения центрального туристического комплекса у объекта номер один. Однако, после детального анализа ситуации на Мараукане, было решено внести коррективы в генеральный план организации сети туристических баз на планете и начать с объекта номер восемь…
— Черт знает что! — возмутился экзоархеолог Тумаду. — Руины Мегаполиса представляют собой наиболее значительный археологический объект, а мы начинаем исследования чуть ли не с самого маленького! Кроме того, Усеченную Пирамиду досконально исследовала экспедиция стапульцев и никаких остатков цивилизации, кроме самой пирамиды, не обнаружила. В то время как в Руинах Мегаполиса имеются громадные площади культурного слоя…
