Неужели он? Полной уверенности у меня не было. С одной стороны — вроде бы да, но с другой… Слишком откровенная параллель, как и прямой, будто дорожный указатель, намек на тождество Гримура и Аранея с Минаэтом и мумифицированными останками паукообразного. Фальсифицированную версию со столь явными антропогенными промахами мог сочинить и человек, чтобы отвлечь мое внимание и направить его на иные расы. Но как тогда быть с тем фактом, что никто из присутствующих на платформе, в том числе и каратоидянин Уэль Аоруиной, не мог «зациклить» биоробота и ассиста, блокировать мои биочипы и провести неподконтрольный поиск в информотеке? Что же касается версии о «басторийском агенте», то она не выдерживала никакой критики. Откуда у ксенофобной цивилизации такие сведения о жизни Галактического Союза? Поверить в это все равно что поверить в злокозненные действия на Мараукане нечистой силы…
Я фыркнул. Может, последовать совету Борацци и обратиться к Хорхе Чивету за консультацией по изгнанию с платформы бесов? Ирония всегда приходит тогда, когда понимаешь, что зашел в тупик. Настоящие факты были разбавлены таким объемом фальсификата, что экстрагировать их не представлялось возможным. Надеюсь, пока.
— Вас вызывают, — прервал мои размышления секретарь.
— Кто?
— Ютта Бригит.
Я посмотрел на часы. Шесть вечера. Однако заработался! Неспроста в голову лезет чушь.
— Убери все с экрана и соедини. На экране появилась Ютта.
— Привет, — сказала она.
— Здравствуй.
— Ты со мной связывался?
— Да.
— А почему не оставил сообщение?
Она смотрела на меня, улыбалась, и я понимал, если поддамся, то буду бегать за ней как собачка. Как Энтони Холодков.
— Зачем? — Я пожал плечами. — Не хочу навязываться. Решил, если захочешь, сама позвонишь, когда вернешься с фторсиликонового моря.
— Какие мы самоуверенные… — поджала она губы.
— При чем здесь самоуверенность? С точки зрения своего возраста я реалистично смотрю на наши отношения.
Ютта смерила меня недовольным взглядом, но пикироваться не стала. Весьма прагматичная особа, и ей явно от меня нужен не только секс. Возможно, даже вовсе не секс. Он так, прелюдия к чему-то.
— Весь день сиднем и просидел?
— Да. Работа у меня нынче такая.
— Тогда переодевайся, поиграем в бадминтон. Будем жирок трясти.
— Я есть хочу! — заявил я. И только когда сказал, понял, насколько голоден. Даже под ложечкой засосало.
— Именно так и образуются жировые складки, — язвительно заметила Ютта.
— И черт с ними! Что ж теперь, голодом себя морить? Жировые клетки не исчезают, а утончаются.
Ютта снова смерила меня взглядом и снова уступила. Как опытная женщина, понимала, что спорить с голодным мужчиной бесполезно.
— Вообще-то я тоже не обедала, только прилетела. Не против, если присоединюсь?
— Заходи.
— Минут через пять буду! — заверила она и отключилась.
Нет, определенно она от меня чего-то хотела, чего-то добивалась. И уж конечно, не того, чтобы я бегал за ней собачонкой — это, так сказать, побочный эффект.
Я сходил в лабораторию, отключил экран, проверил, не оставил ли чего-нибудь, демаскирующего мою деятельность, и вернулся в холл.
Ютта, как и положено женщине, появилась не через пять минут, а через пятнадцать. В руках она держала темную бутылку.
— Красное натуральное вино, — сказала она. — Восстанавливает кровяные тельца и способствует активизации умственной деятельности. В умеренных количествах, конечно.
Я улыбнулся и покачал головой. Почти полная аналогия с моим посещением медиколога. Мне тоже от него было кое-что нужно, и я тоже воспользовался универсальным коммуникационным средством.
— Активизирует в умеренных количествах?
— Потребляется!
— По меркам Борацци умеренность, — это цистерна.
— Надеюсь, ты его не пригласил?
— А что, надо? Я сейчас…
— Не паясничай. — Она поставила бутылку на столик. — Чем кормить будешь?
— Я не гурман. Сейчас по-быстрому закажем что-нибудь из стандартных блюд. Голоден, как волк.
— Стандартное блюдо под красное вино? — возмутилась Ютта. — Ну уж нет! Все вы, мужчины, одинаковы. Не едите, а перехватываете, делаете все бегом, с наскока… — Она отстранила меня от кухонного агрегата. — Позволь-ка, я закажу.
Я позволил. Вопреки заявлению, что не гурман, вкусно поесть я любил, но на то, чтобы возиться у кухонного агрегата, вводя рецепты, не хватало терпения. Забудешь ввести какой-нибудь ингредиент, и можешь смело выбрасывать пищу в утилизатор.
— Все бы вам наспех… — продолжала бурчать Ютта, быстро бегая пальцами по клавиатуре кухонного агрегата. — Есть — наспех, в постели — на скорую руку…
Я подошел к ней сзади, приобнял, коснулся губами шеи.
— Так уж и на скорую руку?
— Не подлизывайся! — Она ловко вывернулась и отступила на шаг. — Ты хотел есть?
— Да.
— Тогда сядь и жди.
Я уселся на диван и пару минут слушал ее ворчание: какие мужчины ленивые, когда дело доходит до стряпни. Похоже, она собиралась взяться за меня всерьез и надолго. В такие минуты женщины наиболее откровенны — что на уме, то и на языке. Либо она была очень хорошей актрисой, либо… Меня покоробило.
— И что там любопытного у фторсиликонового моря? — спросил я, чтобы сменить тему.
