Человек прямоходящий создал культуру нового типа – аббельвильскую (по другой терминологии – раннеашельскую), которая обеспечивала сложные формы коллективной охоты на крупных животных. Вместе с останками некоторых архантропов были обнаружены каменные и костяные орудия, более совершенные, чем орудия олдовайской культуры, но в целом еще очень примитивные. В пещере Чжоукоудянь (в 60 км от Пекина) вместе с многочисленными ископаемыми останками синантропов найдены каменные и костяные орудия и самое замечательное – следы костров. Многие имевшиеся здесь же кости животных имели следы обжига. Использование огня для обогревания пещер, служивших жилищем, и для обработки пищи, несомненно, было важным шагом вперед, свидетельствующим о достаточно высоких познавательных и манипулятивных возможностях архантропов. Продолжительность жизни этих древних людей была небольшой; немногие из них доживали до 30–32 лет.
Существуют бесспорные доказательства того, что питекантропы жили и трудились коллективно (охотились, собирали растения, защищались от врагов, возводили постройки на стойбищах). Питекантропы охотились не только на мелких животных. Их добычей могли стать крупные и весьма опасные животные, например, слоны, носороги, махайроды (саблезубые тигры), медведи, буйволы, верблюды, лошади, антилопы, гиены и др. Высочайшим достижением их культуры следует признать приручение одной из сил природы – огня. Кроме того, можно предполагать, что питекантропы имели примитивную речь, коллективную собственность на орудия труда и места обитания, уравнительное распределение всех продуктов труда (первобытный коммунизм).
О выдающейся роли огня в увеличении размеров черепа и мозга человека прямоходящего говорит одна любопытная гипотеза. Что могло сдерживать рост мозга человека? Главным образом, толстые массивные кости лицевого и мозгового отделов черепа. Применение огня для обжаривания мяса облегчало и процесс пищеварения, и процесс пережевывания. Жевать подвергнутое тепловой обработке мясо гораздо легче, чем сырое, следовательно, нагрузка на жевательные мышцы уменьшалась. Тем самым люди с более слабой жевательной мускулатурой и меньшими размерами челюстей перестали быть жертвами естественного отбора. В свою очередь, уменьшение жевательного аппарата повлекло укорочение челюсти, утончение костей черепа и высвобождение места для роста головного мозга, а затем и сам рост головного мозга. Это, конечно, упрощенная схема, не учитывающая генетические механизмы, но она верно описывает направление и культурный фактор эволюции. Метафорически выражаясь, природа решала вопрос, что важнее: огромная челюсть, как у гейдельбергского человека, или же большой мозг, как у венгерского питекантропа. Достижения культуры (орудия труда и огонь) решили в пользу второго.
Архантропы не были бессловесными. Судя по наличию речедвигательной зоны речи Брока, они обладали зачатками речи – лепетом. Отсутствие подбородочного выступа, к которому крепятся мышцы речедвигательных органов, свидетельствует об отсутствии членораздельной речи. Кроме того, гортань была расположена еще достаточно высоко.
Однако человек прямоходящий уже обладал способностью к абстракции и мог обозначать звуками предметы и действия, поскольку стимулом развития средств коммуникации могла быть лишь дифференциация и усложнение смыслового содержания. По мере того как поведенческий опыт включается в коммуникативную сигнализацию, она становится системой знаков для обозначения понятий. Это и есть когнитивный источник для возникновения языка. Можно предположить, что у архантропов звуковые выражения еще были включены в общий комплекс с невербальными формами коммуникации – мимикой и жестами.
В настоящее время преобладает точка зрения, что вид человека прямоходящего эволюционировал в вид человека разумного. Наиболее древние находки последнего датируются возрастом 250–300 тыс. лет. Это значит, что все дальнейшие формы ископаемого человека – протонеандертальцы, неандертальцы, кроманьонцы, современные расы – рассматриваются как варианты одного и того же вида, homo sapiens (человек разумный).
Итак, следующая стадия в эволюции гоминид,
