— Лика, а ну, хватит раскисать! Ты не можешь себе это позволить! Ты в другом мире, где у тебя нет подруг, которым можно поплакаться в жилетку и которые тебе всегда помогут. Ты тут одна, да еще и в подвешенном положении… В мире, где у женщин урезаны права и которые не имеют самостоятельности, которые должны в обязательном порядке иметь опекуна, который распоряжается твоим имуществом и твоей жизнью... И у тебя есть всего один шанс на то, чтобы отстоять свою независимость и доказать всем, что женщина вполне может и сама о себе позаботиться. А сердце? Поболит и перестанет, не ты одна была преданная любимым человеком и хорошо, что о лживой натуре Даниэля ты узнала сейчас и что на твоем пути встретились те, кто поддержал и помогает…И на тебе сейчас еще и ответственность за жителей уезда, которые на тебя надеяться и которым ты можешь постараться помочь! Вот этим и стоит заниматься, а не устраивать тут слезоразлив по мужику, который этого не достоин и который, скорее всего, уже и думать о тебе забыл.
С этими словами вытерла слезы, которые непроизвольно катились из глаз и, раздевшись, залезла под одеяло и укрылась с головой…
Завтра будет новый день и новые заботы и очень хочется надеяться, что каждый прожитый день приближает меня, хоть на шажочек к моей цели… И в моей жизни больше не будет места для лживых представителей мужского пола, добьюсь права самостоятельно распоряжаться своей судьбой, а тогда можно будет взять малыша из сиротского приюта, тем самым осуществив мечту о ребенке…
А Даниэль? … Пусть милуется со своей «зефиркой», главное, чтобы подальше от меня…
***
На следующее утро я решила, что, раз у меня выдались свободные дни от проблем со стройкой, стоит все-таки начинать вникать в дела уезда и выяснить, как живут люди, с какими проблемами сталкиваются.
Прикинуть, что тут надо сделать в первую очередь, за может послать запрос в столицу на получение помощи. Чем черт, как говорится, не шутит? Может и получится сделать что-то полезное для местных жителей, проблемами которых два года никто не занимался.
Мик сидел за своими чертежами, его посетила какая-то гениальная идея и он над ней работал, а поэтому мы отправились с Дусей и попросили сопровождать нас Арона. Все-таки он был местным жителем и все тут знал.
Прогуливаясь по городу и заходя в работающие лавки, я расспрашивала Арона о том, с какими трудностями, по его мнению, сталкиваются жители уезда и то, что он мне рассказывал, меня не радовало.
Проблемы с больницей, в которой протекает крыша и которой требуется капитальный ремонт, а ведь в неё приезжают жители и с деревень, и с других небольших городков, расположенных неподалеку.
Проблемы с рабочими местами, так как работающая раньше мебельная фабрика закрылась и люди остались без средств к существованию, из-за чего многие мужчины уехали в соседние районы на заработки…
Уровень жизни низкий, двух школ на весь уезд не хватает…
В общем, проблем выше крыши.
Мы сходили с ним в больницу, и я своими глазами убедилась, в каком она плачевном состоянии. Переговорила с главврачом, который пожаловался не только на состояние здания, но и на нехватку персонала, так как грамотный врач переехал со своей семьей в другой город.
В общем, записная книжка, которую я взяла с собой, к вечеру была вся исписана записями, а это мы всего-то прошлись по городу и поговорили с людьми…
Поели в небольшом кафе, а когда вышли на улицу, я увидела мальчишку, разносчика газет, который размахивал свежим выпуском газеты и зазывал жителей купить её.
Конечно же, я заинтересовалась и купила один экземпляр газеты и взглянув мельком на первую страницу, замерла, а потом стала жадно читать.
В короткой статье, посвященной светской хронике рассказывалось об очередном скандале между Льерскими и Савойскими. Писалось, что молодой виконт Льерский, недавно поступивший в столичную Академию, столкнувшись на улице с герцогом Савойским, проезжавшим мимо на коне, громко потребовал от него объяснений, куда он дел его сестру и почему его, брата, не пускают к ней…
Услышав это, герцог спешился и даже попытался увести виконта Льерского в сторону, чтобы поговорить без свидетелей, но виконт вырвал свою руку и потребовал герцога рассказать при всех, куда он отослал свою жену, что даже ближайшие родственники не знают ничего об её местонахождении.
Потом они все-таки зашли в близлежащую ресторацию, а журналистам пришлось караулить виконта на улице, чтобы узнать подробности их разговора с герцогом. Но, к большому разочарованию журналистов, герцог и виконт вышли из ресторации спустя полчаса вместе, вежливо распрощались, и никто из них никак не прокомментировал произошедшее. Виконт только бросил, что он заблуждался и был непростительно груб с Его Сиятельством.
Когда я это прочитала, на глаза невольно навернулись слезы… Эрик, милый Эрик, про которого я почти забыла, но он помнит о своей непутевой сестре и переживает за неё…
