- не совсем то, что надо, а больше я вокруг ничего не вижу. Но есть шанс, что утром кто-нибудь рискнёт проведать это место и посмотреть, что от нас осталось.
- Погоди помирать. У меня есть запасы.
Он даже глаза открыл.
- Откуда?
- Из кухни, - пожала она плечами. - Откуда ещё еда берётся? Если ты дотянешься вон до того мешка и подтащишь его, то всё будет.
Он всё ещё смотрел на неё с недоверием.
- И что там у тебя?
- Хлеб, мясо, сыр. Варёные яйца. Есть фляга с вином. Пирог - с мясом, и ещё сладкий. Яблоки. Ещё есть немного овса для коней. Я запасливая.
Недоверие сменилось восхищением.
- И вправду, - он дотянулся до указанного мешка и подтянул его к ним.
Лика взялась сама развязывать и доставать. Так, всё сейчас сжирать не надо, ещё на утро оставить, до утра они отсюда явно никуда не денутся. И для начала - как раз хлеб, сыр и мясо. Она дала завёрнутые в чистые тряпицы куски ему в руки, вытащила ещё одну тряпицу - с зелёным луком, и головку чеснока. И флягу. И закрыла глаза, оперлась на его грудь, выдохнула. Потому что силы как-то внезапно кончились, а изображение перед глазами помутнело.
- Ты ешь, я потом.
Он что-то делал, она не поняла, что именно, а потом ей в рот сунули небольшой твёрдый предмет.
- Проглоти. Просто проглоти, - кажется, это сыр, и он просто положил его ей в рот, потому что сама она не способна. - И запей, - фляга у губ, можно сделать маленький глоток, а потом ещё один, побольше.
И открыть глаза.
Он расстелил тряпицу у неё на коленях и разрезал кусок сыра и кусок вяленого мяса на маленькие кусочки. Один ел сам, второй вкладывал ей в рот. Извращение. Но оно работало, потому что сидеть стало проще и дышать стало проще. И вот она уже смогла улыбнуться и погладить его по щеке.
- Спасибо тебе. Ты замечательный, слышал об этом?
- От тебя - нет, - взял её руку, поцеловал ладонь. - Я рад, что ты так думаешь, роза сердца моего.
- Я теперь никогда не подумаю о тебе ничего плохого, - прошептала она. - После всего, что было... нет. Ты лучший.
- Это ты лучшая. Ни одна из известных мне дам не приняла бы ни один бой вместе со мной.
- А ты знаешь хоть одну, которая умеет так же? - ну вот, можно и улыбнуться.
- Нет, роза, не знаю. Но ты ещё и еды умудрилась запасти, это вовсе невероятно. Ещё немного посидеть, а потом уже и в воду.
- Не боишься?
- Нет. Это надо сделать - смыть с себя все остатки атакующей магии. Желательно проточной водой. Или морской. И тебе тоже нужно сделать так же. Ты вообще плавать умеешь?
- А чего нет-то, - она съела маленький кусочек мяса.
А потом ещё и ещё.
- И море любишь, наверное?
- А настоящего моря я и не видела никогда. Только большое холодное пресное озеро.
- Холодное? - он как будто не поверил.
- Очень, - кивнула она. - Если купаться - то или постепенно входить в воду и привыкать, или забежал и выбежал.
- И как предпочитаешь ты? - он одной рукой снова прижимал её к себе, а другой - гладил по щеке.
- Постепенно привыкнуть и потом долго плавать, - усмехнулась она. - Там ещё часто камни острые у берега. Зато вода необыкновенно прозрачная.
- Мне уже хочется это увидеть, - улыбнулся он. - Но сейчас - необходимое, а потом можно будет разговаривать дальше. Мы же с тобой и не говорили толком, да я и не верил особо, когда Орельен рассказывал, что с тобой интересно разговаривать, ты рассказываешь какие-то необыкновенные истории.
- Что поделать, если моя обычная жизнь здесь будет необыкновенной историей. И мне казалось, что ты с девушками вообще не разговариваешь.
- Есть грех, - усмехнулся он. - Обычно - нет. О чём с ними говорить, скажи? Они что-то в этой жизни видели или хотя бы читали? Да и от меня ждут не разговоров, уверяю тебя, -усмехнулся он. - Ждали.
Она осторожно подняла на него голову, натолкнулась на взгляд. Очень заинтересованный. Усмехнулась тоже.
- Ты, говорят, впал в целомудрие по необъяснимым причинам.
- Да просто не хочется смотреть на одно лицо, ну или не лицо, а представлять себе совершенно другое. Стриженые волосы и наглые зелёные глаза. И думать - если, всё же, уложить её в постель, она и там будет ругаться, как капитан наёмников?
И смеётся, паразит, смеётся. И так нежно касается пальцем щеки, что...
Лика смутилась, отвела взгляд и стала собирать недоеденные куски обратно в тряпицы -на утро.
- Ты. ещё голоден?
- Оставь, пожалуйста, кусок пирога. Съедим его с тобой, когда выберемся из речки.
- Хорошо, - а улыбка всё равно что сама лезет на лицо, и ничего с этим не поделаешь.
Так может, и не нужно ничего с этим делать?
Она оперлась на его плечо и попробовала встать. И у неё получилось.
- Ноги держат, - констатировал он. - Вот и хорошо.
Тоже встал, потянулся - чисто кот, Маркиз точно так же делает. И принялся раздеваться -прямо тут же. А она села на траву и вытянула ноги.
Интересно, он ждёт, что она вот прямо присоединится к нему? А можно ей просто посмотреть? Хотя что там смотреть-то, в сумерках. А что у него тело красивое и мощное, она и так знает.
Последней он сбросил с себя пропотевшую и местами вымазанную в саже рубаху. Глянул на неё.
- Я быстро.
