Тем временем Лионель обнял Жанно, они чему-то посмеялись, потом с любопытством оглядел Лику.
- С вами всё в порядке?
- Да, господин Лионель, - глазки-то лучше спрятать, мало ли, что там?
- Вот и отлично. Вам обоим на третий этаж. Госпожа Анжелика, ваша комната в башне. Там уже разместилась госпожа Антуанетта, но я думаю, вы поладите. Жанно, если ты не сможешь спать в комнате, где лежит Орельен - придёшь жить в мою приёмную, наверх. Дом перенаселён, увы.
Лика переглянулась с Жанно, он чуть улыбнулся - мол, спокойно, разберёмся.
Лионель отправился внутрь, но вместо него изнутри явился Марсель. Он весьма обрадовался их возвращению - внимательно оглядел и как бы не обнюхал их обоих.
- Да в порядке мы, в порядке, - улыбался Жанно.
- Вижу, господин Жанно, и очень этому рад.
- Ты-то где живёшь?
- Под самой крышей, выше его преосвященства. Там очень мало места и входит, по правде говоря, один только тюфяк. Но если хотите - идите туда, я уйду спать во двор, погода позволяет.
- Ладно, разберёмся. Утащи вещи - хоть куда-нибудь. Вещи госпожи Анжелики - тоже. И скажи, где Анри?
- Покои его высочества на третьем этаже, от лестницы налево первая дверь.
Лестница была винтовая, в центре башни. Голова закружится, пока поднимешься. И ступеньки каменные, скользкие, неудобные. Первая дверь налево от лестницы, говорите?
В доме было тихо, вот просто очень тихо - для перенаселённого как-то странно. Всю ночь колобродили, что ли? Лестница вывела на круглую площадку, с неё расходились двери -три штуки. И дверь налево была приоткрыта.
На деревянной лавке сидел Анри. Серый и дохлый. И одной рукой обнимал плечи, а другой держал ладони такой же серой и дохлой Туанетты. И говорил ласково, Лика и голоса-то у него такого ни разу не слышала.
- Не печальтесь, Антуанетта. Всё пройдёт. Боль уйдёт и забудется, сердце успокоится. Будет лучше, вот увидите.
- Раз вы говорите... - вздохнула она.
- Говорю, и ещё не раз скажу, - божечки, как он улыбаться-то умеет, оказывается! - Не казните себя, не нужно. Вы ни в чём не виноваты. Или - виноваты, но не более моего, - и ручки-то с какими взглядами целует!
А Туанетка сидит, вздыхает и, по ходу, просто тащится от происходящего.
Лика обернулась к Жанно.
- Я правда это вижу? - спросила одними губами, на самом тихом выдохе.
Он ничего не сказал, усмехнулся, прижал её к себе и поцеловал в нос, тоже тихо-тихо.
- Я пошла, - кивнула Лика, выскользнула из его рук и правда пошла.
Отворила дверь, глянула на них. Насладилась охреневшими взглядами.
- Доброе утро, Анри, доброе утро, Туанетта. Нет, вставать не стоит, оставайтесь, как есть. Рада видеть вас обоих, и судя по всему, ваши дела обстоят неплохо.
- Но где вы были, Анжелика? - Анри всё же пытался подняться, не выпуская, впрочем, Туанеттиных рук.
- Где была - там уже нету, - она вежливо ему кивнула. - Буду рада переговорить с вами, скажем, через полчаса. Я подойду, хорошо? Приведу себя в порядок, и подойду. Я не уверена, что после боя с еретиками и ночи в лесу выгляжу приемлемо, - сощуриться, глянуть на Туанетку. - Антуанетта, не подскажете, где здесь можно это сделать?
- В соседней комнате, - выдохнула та, не глядя на Лику.
- Благодарю вас, - Лика кивнула преувеличенно вежливо, развернулась на пятках и вышла. И дверь за собой прикрыла - плотненько. Пусть пережуют.
- Ты восхитительна, - любимый драный кот, ясное дело, всё слышал. - Я думал, ты их поприветствуешь огнём под задницы, - и ржёт тихонечко.
- Да зачем мне они, если у меня теперь есть ты? - пожала плечами Лика. - Короче, я сейчас выясню, можно ли переодеться и помыться, и ты тоже выясни что-нибудь такое, наверное, Марсель здесь уже всё знает. А потом встретимся и что-нибудь придумаем.
Из соседней двери выглянула Жакетка. И бросилась к Лике, Лика от всей души её обняла.
- Вы живы, всё хорошо, - Жакетка чуть не плакала. - Я думала, вы с нами через реку, а вы отстали...
- Именно что всё хорошо, - подмигнула Лика.
Они ещё переглянулись с Саважем, и Жакетта повела Лику в комнату рядом. Там стояли две кровати - обычные здешние коробочки с пологами, обе нетронутые. Ещё - две лавки. И в углу кучей лежали вещи, в том числе и Ликины, из столицы. Лика распахнула окно -оно выходило во двор и позволяло увидеть крыло дома, стену, по которой сверху кто-то прохаживался, и немного - лес и реку.
У комнаты была рядом вторая, в ней стояла ванна, а ещё - кувшины и тазы. И из неё был второй выход.
- Сейчас я попрошу, чтобы принесли воды, - сказала Жакетта.
Пока она командовала каким-то людям, чтобы натаскали воды, Лика нагло заняла кровать побольше и принялась раздеваться. Всю одежду, конечно, чистить, а то и стирать, но Жакетта это умеет. Нужно найти чистую рубаху и платье какое-нибудь. Попроще. Потому что придворная мода уже поддостала.
- Ой, госпожа Анжелика, я вам всё сейчас найду, - засуетилась Жакетта.
- Ты хоть спала, скажи?
