На другой стороне улицы Гай прикрыл за собой дверь. Он только что попрощался с Бэзилом и Дотти. Гай смотрел на дом Анжелины. В освещенном окне видно было, как взлетает вверх-вниз малыш Фрэнсис, и, кажется, даже слышно, как заливисто он хохочет. Время от времени мелькала макушка Джерри.
Гай потуже намотал шарф, ухватил ручку своего старого кофра и покатил его к автобусной остановке. Сам Гай редко прислушивался к чужим советам, но умел их давать — и был рад видеть, что Джерри последовал-таки его подсказке.
Анжелина между тем поставила свою любимую рождественскую мелодию, которую приберегла напоследок, — «Рождественская песня», Нэт Кинг Коул. Пластинка начала вращаться, игла опустилась. Прозвучало мелодичное вступление, и бархатный голос запел
Анжелина, обернувшись, смотрела на Джерри, который пришел именно к ней в Рождество, который приготовил обед специально для нее и теперь играл с ее маленьким сыном. Надев галстук.
Она не могла найти нужных слов.
Это как будто заснуть под елкой и проснуться рождественским утром. Неизвестно, что увидишь, открыв глаза.
Анжелина подошла к дивану, села. Поцеловала Фрэнсиса в лоб, но не стала забирать его у Джерри.
Если бы сейчас за окном пошел снег, подумала она, было бы просто идеально.
