А как можно забыть работу с Сергеем Федоровичем Бондарчуком? Я снимался в фильме «Степь». Сергей Бондарчук — культовая фигура российского кино. Он был добрейшим человеком. Знал всех в группе по именам, был ко всем предельно ласков и внимателен. Это единственный режиссер, как мне кажется, который интересовался бытом артистов и часто помогал решать всякие проблемы. Съемочная группа его боготворила, но боялась. По первому требованию все неслись выполнять указания по работе. Ну, а артисты его обожали. С ним можно было поговорить «за жизнь».
А как не вспомнить яркий фильм Александра Митты — «Сказ про то, как царь Петр арапа женил». Самый сложный постановочный фильм, в котором мне приходилось сниматься. Партнером по фильму был опять Владимир Высоцкий — уже в зените славы, но все такой же простой и доброжелательный.
Фильм снимался долго — в Москве, Риге и под Москвой. Костюмы, парики, корабли, оружие — чего только там не было! В этой картине блестяще сыграл Петра I — Александр Петренко.
А сколько еще я снимался в Минске, в Одессе, Алма-Ате и Киеве на национальных киностудиях. Чего только стоили съёмки фильма «Дума о Ковпаке» у Тимофея Левчука.
Но, несмотря на то, что в этих фильмах у меня были хорошие роли и фильмы имели большой успех — зритель меня больше всего знает как «Степу» из «Спортлото-82». «Апельсинчики-витаминчики» — прилипли ко мне на всю жизнь!
Веселое.
Однажды я ехал в очередную киноэкспедицию и со страшной силой работал локтями у окошка кассы, чтобы достать авиабилет. Народ возмущался, мол, такой здоровый, и так толкается! А один мужчина заметил: «Не трогайте его, он в образе!»
Грустное.
Раньше я снимался в трех-четырех фильмах в год, а однажды даже снялся в семи! Теперь, если даже удается сняться в одном, то уже считаешь это большой удачей.
Легендарный украинский режиссер — Тимофей Левчук — начальник всех начальников украинского кино, пригласил меня сниматься в киноэпопее «Дума о Ковпаке». Она состояла из трех фильмов по две серии. Снимался я в этом фильме четыре года! Не подумайте, что каждый день или каждый месяц. Так, месяца по два, по три в год. Но все равно — дело не легкое, когда в любое время года — ты в сапогах, с автоматом, по сугробам, от зари до зари. Я играл минера — Устюжанина.
Тимофей Левчук собрал в этот фильм актеров всех национальностей, со всего Союза, как полагается в эпопее про Отечественную войну. Там снимались замечательные украинские артисты — Костя Степанков, Валя Гаврилюк, Михаил Голубович и другие. А также мы — «москали» — Евгений Жариков и Наталья Гвоздикова, там они, кстати, и познакомились, Юрий Саранцев и Юрий Демич, Николай Мерзликин и я. У нас сложилось замечательное актерское братство, и все мы стали большими друзьями.
Съёмки были тяжелейшие. То мы форсировали Днепр, то мы штурмовали, ползая на пузе по снегу, какой-то перевал в Закарпатье. В общем, условия были приближены к боевым. Выручал нас только юмор. Мы называли нашу эпопею — опупеей, даже сложили такой стишок на эту тему: «Мы снимаем опупею — опупею без конца, до потери выраженья опупевшего лица».
Тимофей Левчук, хоть и был суровый и грозный режиссер, все равно очень любил артистов. Сам любил и послушать, и потравить всякие байки про кино и про жизнь. Он был мастерский рассказчик всяких «солёных» баек, которые рассказывал на смеси украинского и русского языков громовым голосом, сам хохотал и заражал этим смехом всех.
Когда однажды я опаздывал на съёмки и меня искали по всей стране (я тогда снимался в четырех фильмах), Левчук громогласно рассуждал в микрофон: «Артист должен сниматься в одном фильме; ну, в крайнем случае, взять второй для души; ну, ладно — третий — на пропой, но четыре! Одновременно! Здесь уже проглядывает лицо хапуги».
Вообще он знал все про артистов и про любого члена группы: кто с кем пьет, у кого с кем роман, кто что-либо сказал, кто куда уехал. Ну, в общем, все!
Нас — москалей — он любил. Передавал приветы всем режиссерам, с которыми мы работали в это время. Со своими артистами из киностудии им. Довженко, Левчук был ласково-суров. Если кто запивал, грозился его героя в этой серии убить! А это была настоящая смерть для артиста, потому что такие многосерийные многолетние фильмы были единственным средством существования некоторых артистов. Левчук давал подрабатывать артистам своего поколения, своим знакомым и друзьям. Помню на одну съёмку он вызвал двадцать с лишним пожилых актеров из разных городов Украины. Все они были народными артистами, лауреатами многократных премий, потому что все они в своих городах играли одну роль — Ленина. И всех этих стариканов он поставил в одну цепь с автоматами и кричал в микрофон: «Ильичи, на Вас смотрит мировой капитализм и содрагается!»
