В Калининграде, во время съемок «Женечки», гастролировал театр Миниатюр, и его художественный руководитель — писатель-сатирик Владимир Поляков пригласил меня в театр. Поляков в то время был уже очень известен. Он писал тексты самому Райкину Аркадию. Почти весь репертуар театра состоял из сто миниатюр. Я долго раздумывал над этим предложением, надеясь все таки, что вернусь в театр Маяковского. Потом подумал: «Была не была!» Подумал, что попробую себя в малых формах. Да и времени для съемок будет побольше. Думал, что поработаю годочек, а там видно будет. Но годочек растянулся на целых восемь лет.
Я ничуть не жалею о своей работе в театре Миниатюр. Было много хороших спектаклей и интересных гастролей. В это время там работали Зиновий Високовский, Рудольф Рудин, Савелий Крамаров и другие. О Савелии мне хочется рассказать отдельно, а Рудольфа Рудина — пана Гималайского в народе, я сейчас считаю своим учителем. Мы с ним дружны до сих пор. Он снялся у меня в фильме «Русское чудо».
В период работы в театре Миниатюр мне удалось сняться в очень многих фильмах. Владимир Поляков был хотя и строгий руководитель, но кино любил и отпускал на съемки, иногда даже на большие сроки. Работая в театре я снялся в таких фильмах, как «Хозяин тайги», «Молодые», «Адъютант его превосходительства», «Даурия», «Инженер Прончатов» и ряде других.
Театр Миниатюр находился и находится в московском саду «Эрмитаж». В прошлом году этому парку исполнилось 200 лет. По сей день он является любимым местом моих прогулок, так как я живу совсем рядом с парком. Раньше в саду «Эрмитаж» было сразу три театра: Зеленый, Зеркальный и наш — крошечный театр Миниатюр. Потом Зеленый театр сгорел. На месте Зеркального высится роскошное здание Новой Оперы, а наш театр Миниатюр переехал ближе к входу и называется — театр «Эрмитаж». Как помню, сад «Эрмитаж» в те годы был любимым местом прогулок Леонида Утесова. Он жил на Каретном ряду.
Раньше рядом с театром Миниатюр находился рыбный ресторан. Это было любимое место актеров, особенно буфет, который почему-то называли «Каток». Летом рыбные запахи неслись в зал и будоражили аппетит зрителей. Наверное многие из них сразу же после спектакля шли в ресторан. Сейчас его уже нет.
После Владимира Полякова главным режиссером театра Миниатюр был Рудольф Рудин. Он отпустил меня на вольные хлеба, сказав: «Мишаня, будет время и желание, приходи, играй, но мой тебе совет — пока зовут — снимайся!» Я немного посомневался-посомневался и ушел в театр Киноактера, где работаю по сей день.
Веселое.
В театре Миниатюр мы давали друг-другу шутливые прозвища; Високовский — Бандит, Рудин — Палка, Кузнецов — Фарш, Л. Лазарев, он сейчас живет в Америке — Слон, Арзуманян — Балбес. У меня было прозвище — Гужбан.
Грустное.
Сейчас в помещении театра Миниатюр в саду «Эрмитаж» находится театр «Сфера». Но я всегда стараюсь пройти по знакомой аллее мимо родного и любимого здания театра.
Сегодня фильмы Леонида Гайдая — «Бриллиантовая рука», «Кавказская пленница», «Иван Васильевич меняет профессию», «Спортлото-82» почти каждый месяц на экране. Время не властно над фильмами Гайдая. Зритель хочет их видеть и ему их показывают.
Я встретился с Леонидом Иовичем на фильме «Не может быть!» До этого я играл в основном бригадиров, партизан и строителей. Правда, у меня в багаже уже был фильм «Женя, Женечка и «катюша», но в чистой комедии я никогда не снимался. В первый съёмочный день я увидел, как сильно разнятся художественные киноприемы обычного фильма и кинокомедии.
Леонид Гайдай снимал маленькими кусочками. Никаких монологов, никаких панорам, никаких массовых сцен. Актер был главным действующим лицом на площадке! Режиссер так доверял актеру и так умел добиваться от него требуемого результата, что мне кажется — актеры, за один фильм Гайдая, заканчивали еще один театральный институт — институт кинокомедии Гайдая.
Леонид Иович по разному искал артистов для своих фильмов. Многих он брал второй, третий раз, так как привыкал к актерам, а иногда ему приходилось искать новых.
Расскажу, как он нашел меня. Раньше в ларьках продавали фотографии артистов. Черно-белые — 5 копеек, цветные — 8 копеек. На цветной фотографии я был изображен в синем пиджаке, с каким-то диким поворотом головы и напомаженным пробором. Полиграфия была та еще! Весь цвет с пиджака перешел мне на лицо. Я был весь синюшный, даже пробор. Гайдай купил меня такого синенького за 8 копеек и отдал ассистентам. Те меня нашли по картотеке. Так я попал в замечательный мир комедии Гайдая! И все то, что я сделал в кино, снимаясь в других фильмах и снимая сам, сделано благодаря Леониду Гайдаю — моему учителю и кумиру!
