Еще одной частью артековского урочища ко второй половине XIX века владел тогдашний директор Никитского ботанического сада Николай фон Гартвис, который дубликат почти каждого привезенного в Никиту растения высаживал в парке возле своего дома. Парк этот небольшой [называется он парком Гартвиста-Виннера] — около восьми гектаров. Произрастает в нем, как мне рассказывали, около 180-ти видов и форм деревьев и кустарников. Есть среди них и уникальные для Крыма. Первый — гигантский болотный кипарис, рванувший в поднебесье как раз за домиком фон Гартвиса. Я полагаю, в парке не было еще ни одного гостя, кто бы не задержался возле гиганта, не похлопал его по-дружески по теплой коре и не покачал бы при этом головой — надо же, мол, ТАКОМУ вымахать!
Чуть далее — еще один экземпляр кипариса болотного. Но уже поскромнее в размерах. А вдвоем они как бы «держат» парк Гартвиса, будто бы опекают его. По-иному и не скажешь.
Следующее памятное место в парке — камень Гайдара [он подальше от братьев-кипарисов]. Бывал ли тут известный писатель известной эпохи? Да, и не однажды. И даже в одном из своих рассказов камень артековский опсиал — в рассказе «Горячий камень». Другое название камня — Смотровой.
Выше камня — необычная аллея из кипарисов пирамидальных. Узкая и прямая, как стрела. Куда выводит она? К ровной бетонированной площадке, под которой находится семейный склеп бывших владельцев урочища — семьи фон Гартвиса. А прямо от склепа — просторная, но влажная, поляна с пальмами. И — тишина. Как перед входом в рай.
На западе, остается мне добавить, парк Гартвиса-Виннера граничит с глубокой балкой, по дну которой протекает река Артек, сбегающая почти к самой «голове» мишки-горы.
Не утомил я вас, читатели мои многотерпеливые, долгой дорогой и длинным рассказом? Спешу обрадовать вас: минуем Мертвую долину, начинающуюся сразу за мостом еще через одну артековскую реку — Суук-Су [что переводится как «холодная вода»] и больше нам некуда будет идти, кроме как на мыс Пушкина, о котором Федор Шаляпин так писал своим друзьям: «Есть в Крыму, в Суук-Су, скала у моря, носящая имя Пушкина. На ней я решил построить замок искусств. Именно замок. Я говорил себе: были замки у королей и рыцарей. Отчего бы не быть замку у артистов?»
В очередной раз в Гурзуф Шаляпин приехал в начале августа 1916 года. Здесь он разучивает партию короля Филиппа в опере Верди «Дон-Карлос», часто встречается с Константином Коровиным на его гурзуфской вилле «Саламбо» [сейчас в ней — дом творчества имени Коровина]. А годом ранее, как мне рассказала гостившая однажды в международном центре «Артек» внучка певца Лидия Йола Либератти Шаляпина, итальянка по происхождению, был пикник у Медведь-горы. И, когда стали сгущаться сумерки, Шаляпин запел. Пел о море, о рыбаках, которых с нетерпением ждут на берегу… Очарованная пением, владелица курорта «Суук-Су» Ольга Соловьева решила исполнить давнюю просьбу Шаляпина продать ему мысок, находящийся напротив Адалар. Ольга Михайловна уступила этот участок побережья за… один рубль. Документы о состоявшейся тогда сделке передал приезжавший вместе с Лидией Шаляпиной в «Артек» внук Соловьевой — профессор Сорбонны Георгий Соловьев, проживающий в Австрии.
Реализовать идею постройки «Замка искусств» Шаляпину, к сожалению, не удалось: работы прервались в августе 1917 года — после оборудования, существующего по сей день, гранитного перехода на скалу с «материка».
Граф, поэт, мемуарист, общественный деятель — входил в Польское патриотическое общество, привлекался по делу декабристов.
Пребывание в имении «Лекарство сердца» [комплекс детских лагерей «Горный» МДЦ «Артек»] с декабря 1824 года по январь 1826 года.
В декабре 1824 года Густав приобрел у местных жителей участок земли в ¾ десятины [1 десятина — 1.09 га] за два рубля серебром.
Затем он стал прикупать земли, увеличил свое владение до 200 десятин, на которых развел виноградники и оливковую рощу. Воздвиг хозяйственные строения и окружил стеной свое владение, которое стало оцениваться в 80 тыс. рублей.
«Уединенный анахорет на Аю-Даге» — так называл себя Олизар, и дал своему владению греческое имя «Кардиатрикон», что означает «лекарство сердца».
У Густава Олизара гостили интересные люди: Адам Мицкевич и Александр Грибоедов.
Детство Густава прошло в имении отца, ему было всего три года, когда умерла его мать. Образование получил в польском лицее в Кременце, считался одним из лучших. Ему было 17 лет, когда скончался отец.
